Антон Волков. Книги 1-4

нужно добраться в подвал без осложнений, никем не замеченным.

Вот и последняя ступенька — слева коридор первого этажа, а ниже другая лестница, такая же деревянная, скрипучая, с окрашенными в коричневый цвет перилами. Осторожно свесившись через них, Антон взглянул вниз.

Там, сидя к нему спиной, еще один солдат караулил дверь подвала, закрытого массивной задвижкой. Положив на колени карабин, он мирно дремал, чувствуя себя в полной безопасности вдали от русских и собственного начальства.

Стараясь не шуметь, капитан перелез через перила и прыгнул на солдата, загремел упавший карабин, немец взбрыкнул, пытаясь сбросить неведомо откуда свалившегося противника, но получил крепкий удар по затылку и притих.

"Школьный подвал, превращенный оккупантами во временную тюрьму, оказался низким, темноватым. Свет слабо проникал сквозь единственное узкое окно. Пахло пылью, плесенью и давно не мытыми человеческими телами.

Один был лысоватый, кряжистый, с тяжелыми большими руками. Под глазом у него расплылся синяк, и от этого казалось, что лысый хитро подмигивает. Второй — заросший сивой щетиной, сидел на полу, опершись на него руками. Третий — средних лет, высокий, с разбитой переносицей и вспухшей губой под темными, видимо, недавно отпущенными усами.

— Кто дед Матвей? — сиплым шепотом спросил Волков.

— Я, — откашлявшись, отозвался сидевший на полу. — Я дед Матвей. А ты кто?

— Отойдите! — показав стволом карабина в другой угол, приказал лысому и усачу Антон. — Живо!

Бросая на него испуганные недобрые взгляды, они повиновались. Подойдя к деду Матвею, Волков опустился рядом с ним на колени.

— Можете идти?

— Ноги, — скривился тот. — Да ты кто такой? Как попал сюда?

— К вам женщина из Минска с двумя детьми не заходила? — торопливо произнес слова пароля Антон.

— Детки-то мальчики? — насторожился Матвей. — Как звать их, запамятовал?

— Александр и Алексей.

— Ага, — кивнул дед, — Александру пять лет, Алексею три… Господи, да как тебя сюда занесло?

— Что с ногами?

— Да эти, — показал на потолок Матвей. — Уходить тебе надо.