Анти-Горбачев-4

— Вы ведь родственница той самой знаменитой Ирины Одоевцевой?

— Дочь, — согласно кивнула она, — единственная.

— Как поживает ваша мама?

— Как вам сказать, — ответила Ольга, — не очень хорошо… ей уже 80 лет — как можно поживать в таком возрасте?

— Она ведь из той самой линейки серебряного века… — то ли спросил, то ли утвердительно сказал Романов, — стояла в одном ряду с Гумилевым, Бальмонтом, Ахматовой и Гиппиус…

— Все верно. А еще она была в дружеских отношениях с Блоком, Брюсовым и Андреем Белым.

— Надо же, ваша мама это прямо живая история… а что, если ей перебраться на свою историческую родину — что она забыла здесь на берегах Сены и Луары?

— Она живет в Сан-Тропе, — поправила его Ольга, — это берег Средиземного моря.

— Все равно очень далеко от ее родного Петербурга-Ленинграда… а я, как уроженец города на Неве, оказал бы ей в этом всемерную помощь.

— Хорошо, я передам ваше предложение маме, — согласилась Ольга, — а сейчас у нас в программе дня значится ужин…

А за ужином Романов разговорился с министром иностранных дел Воронцовым насчет польского вопроса.

— Юлий Михайлович, — обратился он к нему после того, как принесли горячие блюда, — а что у нас сейчас с поляками, просветите меня, пожалуйста."

"— Охотно, Григорий Васильевич, — тут же отозвался тот, — видимых проблем на этом фронте не наблюдается… Ярузельский крепко держит в руках нити управления государством, оппозиция частично интернирована, частично эмигрировала.

— Так-так-так, — забарабанил Романов пальцами по лакированной поверхности шикарного дубового стола, — а вот местный президент только что мне совсем другое рассказал…

— Что именно?

— Что оппозиция в Польше есть, и на Западе вообще и во Франции в частности внимательно следят за происходящими в Польше событиями… вот этот документ он мне передал, — и Романов открыл ту самую папочку с одним листочком.

Воронцов взял его, внимательно прочитал, после чего ответил не совсем дипломатичным образом:

— Собака лает, караван идет. Можно просто не обращать внимания на озабоченности Запада вообще и Франции в частности.

— Тоже неплохой вариант, — согласился Романов, — но я все же думаю, что есть смысл разобраться в этих процессах.