Аномальщик

Ведь могли и выбить разблокировку. Там нет ничего настолько ценного, чтобы я стал сильно упираться. А они вон, мягко как работают. Правда, эта мягкость вполне может быть и обманчивой. В конце концов, я ведь им не гражданин и даже не товарищ. Так, объект для изучения. Необязательно зачитывать мне конституционные права или ждать, пока я преступление совершу. Упрятать вполне надёжно можно не в тюрьму, а в психушку.

Почему-то всё это пришло мне в голову только сейчас.

А Крыс, как оказалось, приготовил мне ещё полсотни вопросов.

— Давайте пройдёмся по истории, — заговорил он. — Великая отечественная у вас была?

— Была, мы победили в 45-м. И каждый год празднуем, хоть и страна уже другая.

— Можете вспомнить руководителей страны, последовательно, одного за другим?"

"— Ленин, Сталин, Хрущёв, Брежнев, Андропов, Черненко, Горбачёв, — пожал я плечами. Простой вопрос.

— Маленкова забыли. Или не было у вас? — Крыс сделал у себя в блокноте пометку.

— Если честно, не помню, — развёл я руками. — Вот Горбачёва застал, это уже при мне было, хотя я совсем мелкий был.

— А после него?

— А после него всё. Этот великий реформатор дореформировался, что СССР приказал долго жить. С тех пор у нас капитализм.

— Но вы-то не против, насколько я понимаю? — Крыс прищурился. — Судя по желанию вернуться обратно.

— Я вырос в новой стране и не помню старой, так что мне не о чем жалеть. Да и жаловаться грешно, я смог многого достичь. Но я помню, какая безнадёжность была в глазах моих родителей.

Как-то незаметно для меня захлестнули эмоции.

— Бывали за границей? — спросил Крыс.

— Регулярно, — кивнул я.

И тут же вспомнил, что у меня в телефоне фотографии со всего света.

Шурик что-то показал Крысу на моём телефоне.