Сколько стоит любовь

Да, конечно же, родители были прекрасно осведомлены, что их сын не живет затворником. Вернувшись из армии, он позволил себе несколько ярких, но коротких, как жизнь бабочки, интриг, вот только они ничего не значили для мужчины. И женщины, с которыми Бенедикт проводил время, были предупреждены о несерьезности этих отношений. Бен не имел привычки обещать то, чего не мог и не собирался выполнять. В этом он был всегда честен.

И все же, вот оно, письмо. Белый конверт и печатью. Герб немного смазан, словно отправитель или отвлекся в неподходящий момент, или крайне нервничал, прижимая к горячему воску печать.

- Письмо? – удивился герцог. - Неужели от твоих друзей из армии? – уточнил он.

- Белый конверт с золотым теснением? – бросив взгляд на послание в руке сына, отметила герцогиня. – Это от женщины, - сказала она и подняла взгляд на Кэшема.

Он положил его на стол, прочитав несколько строк, гласивших: «Лорду Бенедикту Кэшему. Астер-холл». Заинтригованный содержанием послания, он всего на миг позволил себе подумать о том, что его прислала леди Аврора Роттенгейн.

Но нет. Это не Аврора.

- Ты не прочтешь письмо? – спросила мать. – Возможно, там что-то важное, - добавила она с усмешкой. При этом в ее глазах вспыхнуло что-то такое, что Бен невольно усмехнулся.

- Я прочту его после у себя в кабинете, - заявил Бен, но на протяжении всего завтрака ловил себя на мысли о том, что надеется.

«А что, если это все же она?» - думал он.

Бен и сам не понимал, почему остановил свой выбор именно на леди Роттенгейн.

Вот только с самой первой встречи он не мог выбросить ее из головы и сам не мог понять, почему. Она не была красива, но скорее всего, была умна. Это читалось в ее глазах. И в том, как девушка умела себя держать.

Ей совершенно не нравился Харбор, но Бен отлично помнил, что она весьма сдержанно отзывалась об этом человеке, что говорило лишь в пользу молодой леди Роттенгейн.