Сердце дракона. Том 9

– А не слабоват ли для турнира? Может, лучше, пойдешь и дальше возиться со своими двоюродными братьями?

Мальчишка даже на таком расстоянии видел, как заиграли желваки наследника дома мечников.

– Не много ли ты себе позволяешь, Боливар? – прошипел прекрасный юноша. – Язык слишком длинный?

– Скорее это у тебя что-то слишком короткое, – громогласно засмеялся великан.

Не дожидаясь ответной ремарки, он, не глядя, наотмашь, одной рукой, не призывая духа, ударил по Камню Силы. От столкновения закричали ближайшие к трибуне зрители.

В следующее мгновение артефакт засиял ярким, оранжевым светом.

– Проклятье…"

"– Я слышал легенды о силы воинов Вечной Горы, но такое…

Судьи, первыми очнувшиеся после, казалось бы, будничного удара великана, парой заклинаний привели арену в порядок и отправили гогочущего гиганта в зону для прошедших испытание.

– А она стала красивей…

– Все равно и в подметки не годится дочери главы Небесного Ветра.

– Вот только по силе здесь вряд ли найдется так уж много адептов, которые могли бы с ней сравниться.

– Ты забываешь о сектах, военных и многих, кто все эти годы жил в уединении. Может мы еще увидем гениев,о которых ничего не слышали.

– Ну, во всяком случае, об этом гении мы наслышаны.

Зрители обсуждали вышедшую вперед Анис Динос. Она была одета в простую черную юбку, узкую блузку, открывавшую живот и спину.

Некогда старшая наследница клана мечников, ныне – слуга родного, младшего брата.

Встав напротив камня силы, она положила ладонь на рукоять меча. Её темные, острые, как сам клинок, глаза повернулись к центральной ложе. Туда, где сидел её дядя.

Мальчишке показалось, что она слегка дернула рукой, но, скорее всего ему действительно просто показалось.

Девушка убрала ладонь с рукояти и, развернувшись, отправилась в сторону зоны для прошедших испытание.

-Постойте, леди, вы…

Судья, следивший за её группой, сделал шаг в сторону Анис. Стоило ему сдвинуться с места, как трибуны зрителей ахнули.

Простого движения судьи хватило, чтобы находившийся в равновесии камень задрожал, а затем начал обсыпаться. На нем появились глубокие царапины. Они формировали сложный узор, сплетаясь и разделяясь на несколько.