Ангел во плоти

Ты поселишься в городском доме, уедешь с этой фермы, и жить тебе станет гораздо легче.

– А что я должна буду делать, чтобы получить эту легкую жизнь?

– Ты сама знаешь ответ.

– Да, верно. Знаю. И мой ответ – нет!

– А для кого, черт возьми, ты так бережешь себя? – спросил Билли. На веснушчатом лице его проявилось раздражение, смешанное с недоумением.

– Будь уверен, не для таких, как ты.

– Ты можешь мечтать лишь о том, чтобы выйти замуж за какого-нибудь грязного фермера. И всегда будешь жить так же, как сейчас. Ты этого хочешь?

– Я не жалуюсь, – уклончиво сказала она.

– Ты врешь! – рявкнул Билли и двинулся к ней.

– Не подходи ближе! – Голос ее зазвенел. Девушка смотрела прямо в его злые глаза. – Предупреждаю, что подстрелю тебя не моргнув глазом!

Мне осточертели парни, которые считают, что тут же поимеют меня, стоит им лишь попросить! А большинство даже не просят, а норовят сразу облапать! Я сыта этим по горло, слышишь? У меня нет сил для отпора… Но у ружья есть! Оно разнесет твою самодовольную башку! Поэтому тебе лучше уматывать отсюда, пока этого не случилось!

Билли попятился назад, ясно осознав, что слова Анджелы отнюдь не пустая угроза.

Проклятая ведьма!

– Ты еще окажешься подо мной, попомни это! – в бешенстве выкрикнул он, карабкаясь в повозку. – Сейчас ты имеешь дело с мужчиной, а не с мальчишкой.

Она засмеялась.

– Я еще ни разу не стреляла в человека, но все когда-то происходит впервые! Не возвращайся сюда, Билли, а то как бы тебе не оказаться первым!

– Я вернусь! – пообещал он.

 – И я буду первым. Только не в этом смысле, а в другом. Я поимею тебя, Анджела Шеррингтон! Обещаю это!

Билли Андерсон хлестнул лошадей и умчался прочь, увозя с собой свою ярость.

Глава 3

Анджела захлопнула дверь, задвинула засов и бессильно прислонилась к стене. Сердце бешено колотилось и норовило выпрыгнуть из груди. Анджелу душил гнев, как всегда, когда ей случалось сталкиваться с парнями, подобными Билли. Они что – считают ее шлюхой? Конечно, считают. Иначе почему они постоянно норовят схватить и облапить ее?

Анджела тяжело вздохнула.

Она вдруг поняла, что винить может только себя. Она привыкла наказывать мальчишек, которые осмеливались дразнить ее. Тогда они лишь дразнили ее. Это была демонстрация силы с обеих сторон. Но сейчас ей становилось все труднее побеждать в таких схватках. Мальчишки, которые уходили от нее с расквашенными носами, постепенно превращались в мужчин.

Анджела росла без матери и чувствовала себя неуютно в девчоночьей компании.