Ангел во плоти

Он нервно откашлялся и сказал:

– Ну, как я уже говорил, мы с Кристал поспорили. Спор начался в гостиной, а продолжили мы его уже в зале… Я пошел за ней… гм… потому что она заявила, что ей больше нечего сказать и что она идет к себе… Я остановил ее в зале… Мы не знали, что на лестничной площадке вверху находился отец… что он мог услышать…

– Ты испытываешь мое терпение, Закари! – загремел Брэдфорд. – Мужья и жены спорят часто! Так что же довело отца до приступа?

– То, о чем мы спорили» Брэдфорд… Или, точнее, о ком мы спорили, – еле слышно произнес Закари, не глядя на брата.

Брэдфорд осушил стакан, словно в нем находилась ключевая вода. Похоже, это лишь добавило яростного блеска в глазах, которые сверлили Закари.

– Я так понимаю, что речь шла об Анджеле? – спросил Брэдфорд, нисколько не сомневаясь в ответе.

– Да, об Анджеле… Кристал показала мне письмо, которое она нашла… Письмо Чариссы Шеррингтон. Она сказала, что читала его тебе и что сейчас Анджела убежала с Грантом Марлоу. Еще она сказала, что Анджела стала твоей любовницей, когда ей надоел Роберт, и что поэтому ты поехал за ней.

– Боже милостивый! – воскликнул Брэдфорд. – И отец все это слышал?

– Да… Мы услышали, как он упал. Он…

– Он упал с лестницы? – перебил его Брэдфорд.

– Нет… Он был мертв, когда мы подбежали к нему.

– Стало быть, ревность и ненависть Кристал убили моего отца! – Голос Брэдфорда понизился до шепота, который показался Закари настолько зловещим, что по его телу пробежала дрожь.

– Бога ради, Брэдфорд! Это был несчастный случай! Или ты думаешь, что я не сожалею о случившемся? И Кристал тоже сожалеет! Я… я побил ее в тот вечер. Мне следовало сделать это давным-давно. Она с тех пор не выходит из своей комнаты. Только на похоронах появилась.

– Когда были похороны?

– Неделю назад, – ответил, опустив глаза, Закари. – Мы не могли ждать. Мы не знали, когда ты вернешься.

Повисло напряженное молчание. Брэдфорд стоял возле бара, сжимая в руке пустой стакан. И смотрел он теперь не на брата, а на отцовский письменный стол. О чем он думал, Закари мог лишь догадываться.

Наконец Закари снова заговорил, чтобы как-то нарушить зловещую тишину:

– Отцовская воля еще не была оглашена. – Видя, что Брэдфорд даже не пошевелился, поспешно добавил:

– Джим Маклолин – душеприказчик. Кажется, отец переписал завещание, после того как Джим приехал сюда.