Алый бант в твоих волосах

— Почему это не приду? — вопросом на вопрос ответил я и заметил, как из-за дверного косяка высунулся локоть Сашки.

Подслушивает, чертовка!

Раньше так случалось, что я оставался на ночь у Ритки. Но последний раз это было месяца два назад, когда мы ещё жили на старой квартире. Я осторожно принюхался, пытаясь понять, не пахнет ли от меня парфюмом моей девушки. Да вроде не пахнет. Может, на лице остались следы помады?

— Ты просто так подробно всё объясняешь, — после долгой паузы, наконец, поделилась своими соображениями Катя.

— Ну вот и запоминай! — нервно отреагировал я. — Сегодня я немного задержусь. — После этих слов Сашка снова скрылась из вида, явно уйдя подальше в сторону кухни. — И что сегодня за день такой? Катюх, давай выздоравливай!

— Ещё! — потребовала она, лёжа спиной на высокой подушке.

— Что ещё? — с недоумением спросил я, но, заметив Катин взгляд, догадался и сам.

— Давай, покормлю тебя, прямо как маленькую!

Катя хихикнула. Значит, ей уже легче. Хотя, скорее всего, это лишь эффект от таблетки.

В гостиной негромко звякнули тарелки.

— Тём! Ты обедать со мной будешь? — громко спросила Сашка.

— Нет, Саш, я очень спешу! Поем чего-нибудь там! — ответил я, скармливая довольной сестре очередную порцию каши. — Так, всё, Катька. Давай дальше сама.

— А поцелуешь? — Сестра смотрела на меня большими, слегка красноватыми от температуры глазами. — Ну, как утром.

Вообще, то был не поцелуй. Я просто губами потрогал её лоб, желая узнать, есть у неё температура или нет. Но Катюха, кажется, поняла это по-своему.

— Да, если ты всё доешь… — согласился я, лишь бы только она не болела. Но едва успел закончить фразу, как тишину комнаты разорвал звон разбитой тарелки, донёсшийся с кухни. — Не вставай, я сам!

Сунув тарелку сестре в руки, спрыгнул с кровати и рванул на звук.

— Ты не поранилась? — спросил я у Сашки, осматривая место происшествия.

Вторая сестра стояла у раковины, спиной ко мне, и опиралась ладонями на край столешницы.

"— Нет. Я в порядке, — коротко ответила Саша.

— Сашка! Всегда ты торопишься! Будь аккуратнее! — отчитал я её, но она даже не повернулась, и когда пауза затянулась, я спросил: — Тебе помочь?

— Сама уберу. Иди на работу!

В голосе сестры чувствовалось несвойственное ей раздражение и даже некая досада.