Алтарь Горгоны

– Что происходит? Что еще случилось в этой помойке? Эй! – вскрикнула старушенция, ткнув в Дэна пальцем с огромным перстнем. – Это же тот голозадый наркоман с пляжа! Который мою шляпу спер!

Максим не сдержался и громко прыснул. Он сразу узнал вредную старуху – она была в толпе, образовавшейся вокруг бесчувственного Дэна, выброшенного морем на пляж.

– Что? – изумился Дэн.

– Куда шляпу мою дел, бандюга?! – громко заверещала старуха. – Знаешь, сколько она стоит?

– А вы как здесь оказались вообще? – недовольно спросила у бабки Лариса Сергеевна.

– И эта нахалка здесь! – возмутилась старушка. – Лучше бы в номерах как следует убирала! Я на тебя жаловаться буду!

– Жалуйтесь, – пожала плечами мать Светки и Антона. – Надоели вы мне со своими придирками. А вот и начальница моя, – кивнула она в сторону Веры Максимовны.

Бабка тут же рванулась к матери Журавлевых.

– Меня зовут Полесьева Марта Игоревна, – горячо воскликнула она.

– Ну это уже ни в какие ворота не лезет! – разозлилась Лариса Сергеевна. – Не было такого!

– Еще как было!

Светка, сидевшая у ног Максима, вытаращила глаза.

– Смелая бабка, – тихо пробормотала она.

Теперь фыркнул от смеха Дэн.

– Конечно-конечно, Марта Игоревна, мы обязательно разберемся, – заверила Полесьеву Вера Максимовна.

Старуха продолжала возмущаться и жаловаться, но всем уже было не до нее. Поняв, что опасности нет, Журавлевы, Щербаковы и их соседи поднялись на второй этаж общежития. В квартире Щербаковых была выбита входная дверь, на кухне и в комнатах царил разгром.

И ни единой души. Мадам Анаит и оба жутких робота бесследно исчезли – как и старинный дневник в голубой обложке. Кто-то вызвал полицию, плотники пансионата принесли два больших листа гипсокартона и принялись заделывать дыры в стенах.

Светка не могла толком ничего объяснить.