Алый ангел

Неисправимый оптимист, он был страшен как смертный грех, хотя и обладал некой харизмой, которая с избытком компенсировала все недостатки внешности и помогала Родьеру в любой ситуации. Он являлся членом партии жирондистов, умеренного крыла французской республиканской партии, которое на данный момент было дискредитировано. Но кто знает, кто будет у руля завтра?

– Ты не собираешься следовать совету старика? – спросил Родьер, внимательно глядя на молодого человека. Ему нравилось то, что он видел и знал о молодом английском аристократе; Родьер одобрял не свойственную французам, мужественную сдержанность; восхищался преданностью семье, из-за которой юноша и оказался в нынешнем опасном положении; и, в не меньшей степени, Родьеру было приятно, что Кэм неплохо знает французский.

Большинство представителей английской знати, с которыми Родьеру доводилось иметь дело, были невежественными глупцами, равно как и французские вельможи. И они гордились этим. Но ведь Кэма воспитывала мачеха-француженка – чрезвычайно удачное, по мнению Родьера, обстоятельство.

Тем не менее, юноша остро нуждался в хорошем совете и наставлении. Именно поэтому Родьер взял его под свое покровительство с того самого момента, когда их бесцеремонно бросили в мрачные застенки тюрьмы Аббей. Кэм сообщил тюремщикам свое настоящее имя, даже не пытаясь его утаить. К счастью, много английских фамилий имеют французское происхождение. Ответ «Камилл Колбурн» не вызвал никаких комментариев. Слава Богу, юноше хватило здравого смысла не называть своего титула.

Нельзя допустить, чтобы власти узнали, что у них в руках представитель английской аристократии, по меньшей мере, герцог. Что же касается внешности юноши, то хотя у Кэма и были потрясающие светло-голубые глаза, он был достаточно смуглым, чтобы сойти за испанца, и тем более за француза."

"За несколько недель пребывания в тюрьме обладатель голубых глаз привык находиться под наблюдением. В маленькой переполненной камере, свет в которую поступал только от смоляных факелов из внутреннего двора тюрьмы, было слишком темно, чтобы разглядеть выражение лица Кэма.

Но то, что юноша мешкал с ответом, не оставило у Родьера сомнений, что глубоко посаженные глаза Кэма сейчас настороженно полуприкрыты.

– Ты не собираешься следовать совету старика, – повторил Родьер.

– Только когда ад замерзнет, – подчеркнуто медленно произнес юноша.

Родьер не смог сдержать короткий смешок.