Алмазная пыль

– Извини, но это одна из важнейших функций человеческого организма, – пожала плечами медсестра.

– Да иди ты к чёрту со своими функциями, – огрызнулся Пашка.

– Не с моими, а с твоими, – усмехнулась она в ответ. – Чай ещё будешь пить? – спросила она без всякого перехода.

– Спасибо, – ответил Пашка, отрицательно мотнув головой. – Ты иди пока. Мне подумать надо, – тихо сказал он, осторожно укладываясь на кровать.

– Думай. Тебе полезно, – съехидничала рыжая, выкатывая из палаты столик.

«Стерва рыжая», – беззлобно подумал Пашка, скользнув по её округлостям извечным мужским взглядом.

Несмотря на слабость и полное отсутствие воспоминаний о прошлой жизни, Пашка был почему-то уверен, что женщин в его жизни было много, но постоянной подруги в ней не наблюдалось. Как следствие, оживающий организм молодого мужчины откликнулся на увиденное вполне здоровым томлением в определённых частях тела.

Мрачно вздохнув, Пашка покосился на приподнявшееся одеяло и тихо, чтобы не могла записать камера, проворчал:

– В зеркало на себя посмотри, Казанова.

Этого оказалось вполне достаточно, чтобы все фривольные мысли моментально улетучились, а вместо них появились размышления о будущей судьбе. То, что старик пообещал осыпать его золотым дождём, Пашке слабо верилось. Как дали, так и отберут, подумал он, вспоминая обещания старика. Так и не придя к какому-то конкретному решению, он уснул, утомлённый слишком насыщенным событиями днём.

* * *Дорога ложилась под колёса длинной извилистой лентой, заставляя её любимый кабриолет мягко покачиваться на амортизаторах, легко вписываясь в очередной поворот.

Это было динамично, захватывающе и будоражило кровь, заставляя её забывать о том, кто она такая и как должна себя вести, чтобы не уронить чести фамилии. И словно специально, ей, как назло, каждый божий день напоминали об этом.

Вот и сейчас мерседесовский джип охраны, безнадёжно отстав, истошно засигналил фарами и проблесковыми маяками, требуя, чтобы она сбросила скорость.

Лихо вписавшись в очередной поворот, машина спятившим метеором пронеслась по тщательно выглаженному шоссе, охранник которого едва успел поднять шлагбаум, и, сжигая на крутом повороте резину, с визгом влетела во двор трёхэтажного особняка.