Аллегро с огнем

Жить будем по графику: спать, кушать, заниматься. Начнешь вредничать, и писать заставлю по времени. За любое нарушение последует наказание. И первое правило: никакого мата. Ясно?

Женя стоял с открытым ртом и понимал только одно: мужчина поплыл мозгами. Понадобилось несколько долгих минут, чтобы из бесконечного потока брани, который генерировал его мозг, удалось выудить несколько литературных слов:

– Ты хочешь ввести правила?

– Да.

– И наказывать меня, если я их нарушу?

– Верно.

– И каким же будет наказание?

– В зависимости от ситуации.

Парень медленно переваривал информацию, вглядываясь в серые глаза напротив. Постепенно бред происходящего начинал обретать смысл. Женя где-то слышал, что с умалишенными лучше не спорить и говорить спокойным тоном.

– Я тебя понял. Хорошо. Будем жить по твоим правилам.

– Отлично, – бодро улыбнулся Макс. – Я сделал нам кофе.

Поднявшись за подносом и прихватив с собой стул, Туманов расположился подле крестника и протянул ему одну чашку.

– Мне нужно на пробежку, – продолжал мужчина, откусывая от бутерброда, – а потом мы обсудим детали. Если будешь хорошо себя вести, обойдемся малой кровью."

"Рука юноши, сжимающая чашку, мелко задрожала. Значит, этот будет спокойно бегать вокруг дома, а он будет сидеть и мерзнуть в бассейне?! Злость окатила, словно ушат кипятка, и Женя с силой отшвырнул чашку подальше от себя.

– Ты е*анутый на всю голову! Решил в бога поиграть?! Если хоть пальцем меня тронешь, я заяву накатаю! Родителям позвоню, и они убьют тебя! – бился в истерике юноша, совершенно не замечая, что крестный отставил чашку и поднялся со своего места.

Словесный понос резко прервался звонкой пощечиной. Женя с ужасом посмотрел на спокойного как удав Макса, приложив руку к месту удара.

– Это тебе за мат, – пояснил тот. – Так будет происходить всегда, если я его буду слышать. Остальное мы обсудим после пробежки.