Алька Верник и наследие предков

Мои андроиды – прототипы вышибал и официанток подобных пабов прошлого, все здесь исторически правильно, поэтому и успех у заведения немалый.

Владелец бара по-хозяйски любовно окинул взглядом свою вотчину и с гордостью расправил плечи.

– У тебя чудесный бар, Гарри, – сказала я, – и ты чудесный.

– Подхалимка, – весело хмыкнул гигант, – ладно, бегите уж. Вон как ваши-то на меня зыркают.

Мы посмотрели в сторону столика и увидели напряженные лица Славки и Жоффрея.

– Фуууух… – выдохнул Жоффрей, – яду… яду… думал вас раздавит этот боченок.

– Яду! Яду! – привычно передразнил его Стас, – успеем умереть, поживем пока. Ну что, девчонки-мальчишки, вздрогнем за успех нашего предприятия?

Все еще потирая филей, мы уселись на грубо сколоченные деревянные лавки. Почти сразу подошла блондинистая официанточка в форменном платьице с неприличным декольте и глядя в глаза Жоффрею томно мурлыкнула:

– Ваш 'Ужин удачливого охотника'! – водрузив перед смущенным парнем порцию охотничьих колбасок.

Перед Стасом поставили блюдо с хорошо прожаренным стейком, затем последовало четыре кружки эля, две бутылки коньяка, пузатые стаканы, нарезанный лимон, маслины, еще какие-то тарелочки. В заключении всего действа официантка улыбнулась и предупредила, что рыбка будет через минутку.

– Ну и жа… Ну и жа… – начал было говорить Жорик.

– Жала то я у нее и не заметил, – философски изрек Стас, а вот грудь зачетная, жаль, что на андроиде привинчена, а не сама выросла.

– Ну и жаркие здесь официантки, – сказал все-таки Жорик.

– Ну да, я так и сказал, – поддержал его друг, расставляя кружки с элем каждому, – ну, банда, за что выпьем?

– Сначала за удачу, ну а потом – как пойдет, – откликнулась Хуня, нагло воруя кусок только что порезанной охотничьей колбаски из тарелки Жорки.

"– Наа-ааглеж, – почти пропел он, отодвигая блюдо от загребущих ручек Фархунды.

– А в большой семье не щелкают, – миролюбиво подмигнула ему Хуня, отправив уворованное в рот.

За удачу мы выпили, потом за успех, за нас, потом принесли рыбу и пошли уже патриотичные тосты, пили в основном за Землю и за смерть инопланетным оккупантам.