Алиби для землеройки

Римма от ужаса лишилась дара речи, а пара играла и пела. Потом Нина толкнула речь:

– Простите, люди добрые! Живем в интернате, мама наша – инвалид, собираем деньги ей на протез ноги!

Пока школьница жалобным голосом врала, Кит двинулся по рядам с коробкой, куда сердобольный народ кидал мелочь горстями. В тот раз добром «гастроли» не закончились. Когда мальчик добрался до сиденья, на котором сидела его мать, вспыхнул скандал. Нина вмиг исчезла, а Киту досталось в полной мере и оплеух, и крика.

После окончания школы Кит уехал в Москву, на радость маме поступил в медицинский институт. В этом успехе большую роль сыграла Алевтина. Конева подготовила школьника к вступительным экзаменам, и она же (давайте вспомним, что женщина – директор школы) сумела сделать своего любимчика золотым медалистом.

В ту ночь, когда Кит тайком встретился с Ниной, он рассказал ей, как живет в столице, чем занимается. Девушка узнала, что ее друг уже аспирант, а еще он связующее звено между некстати забеременевшими женщинами и врачом, который делает аборты под наркозом. Понятно, что услуга платная, – так Никита за посредничество имеет свой процент. Деньги он направо-налево не тратит, собирается купить в Москве «двушку» и постоянно озабочен добыванием средств.

– Получишь отличные деньги за прокат паспорта, – пообещал парень. – Всех делов-то, документы дать ненадолго.

– Оформлять женщину начнут и меня на фото узнают, – заметила Нина.

– Да никогда! – возразил друг детства. – Там снимок уродский. И всех в роддоме записывает Лелька. Она свое получила, я договорился с ней.

Богатырева примолкла, потом протяжно вздохнула:

– Дура я тогда была! Ума вообще ноль! Услышала, сколько денег в руки упадет, и чуть в пляс не пустилась.

Нина сложила руки."

"– Леля так разговор вела, что вмиг мне ясно стало, что она вообще ничего не знает.