Альянс врагов (СИ)

Когда же к поцелую дементора были приговорены Люциус и Нарцисса Малфой, кажется уже ни у кого не осталось сомнения, что новое министерство хочет убрать с дороги абсолютно всех причастных к власти Темного Лорда вне зависимости от того носят ли они метку и тяжести их преступлений.

Гермиона проплакала все утро, когда Пророк принес новость о решении Визенгамота. В глазах ее лучшего друга она увидела лишь раскаяние, а на лице парня безразличие.

Именно в тот день она решила, что обязана выступить в защиту своего бывшего школьного врага.

Сейчас она вспоминала это с болью в сердце. Что не помогла полностью оправдать Драко, что не настояла на том, что его должны оставить в Британии и вернуть принадлежащую ему собственность.

Шесть лет назад ей стоило бороться хотя бы за это, ведь в ее собственной жизни это ничего бы не изменило.

К сожалению, она создала прецедент, из-за которого смягчение приговора получили не только невиновные, но и люди заслуживающие смерти.

Снова тихий щелчок и дверь отворяется, впуская в квартиру трех парней. Она оглядывает каждого и различает следы борьбы. Рассеченная губа у Блейза, растрепанные волосы и надорванный рукав рубашки Драко. В ней поднимается гнев, который последний раз она чувствовала много лет назад.

— Я убью его. — фраза поразившая всех вокруг.

— Вот это боевой настрой, Грейнджер.

Блейз и Тео сохраняют позитивное настроение, поэтому с широкими улыбками задирают большие пальцы вверх, заваливаясь на диван по обе стороны от Гермионы.

— Мы надрали им задницы. — шепчет на ухо Тео, и на ее губах зарождается улыбка.

Драко не разделяет всеобщего веселья и, возвращаясь из кухни, с громким звоном ставит на столик перед ними стаканы с огневиски, сохраняя хмурое выражение лица. Устало садится в кресло и подает Гермионе пакет, в котором оказывается одежда, купленная в том злополучном магазине.

— Когда я стал твоим парнем, Грейнджер? — все же ухмыляясь спрашивает Малфой и она обнаруживает пару сорочек, которые выбрала на ходу.

Парни рядом с ней разражаются смехом, а ее щеки вспыхивают румянцем от смущения:

— Это было первое, что пришло в голову. — тихо говорит она.

— Странно, что именно это стало первым. — закидывая ей руку на плечо, шепчет Нотт, озорно подмигивая парню в кресле.