Альфа

Когда она закончила говорить, на лице Гейджа промелькнуло удивление, и он зарычал. Наверное, никто никогда не говорил с ним в таком тоне. Но Марисса решила не отступать, он её ни за что не запугает."

"Когда Гейдж подошёл ещё на шаг ближе, она почувствовала, исходящие от него волны гнева.

— Я только один раз разъясню тебе о том, как со мной нужно разговаривать. Не знаю, как реагировал на это твой Альфа, но такое неуважение здесь неприемлемо.

Марисса не сказала ему, что никогда раньше не была настолько храброй, чтобы так разговаривать со своим бывшим вожаком.

— Я также осведомлён о том, сколько ты здесь пробудешь. Я знаю, что такая эгоистка как ты может выделить не больше недели своей сестре, которая любит её, и которая из-за неё так долго отказывалась от своего счастья.

От его слов Марисса перестала отступать.

— Эгоистка? Ты только что назвал меня эгоисткой?

Даже с лёгкой улыбкой на губах, он не выглядел менее свирепым.

— Да, назвал.

— Ну что ж, позволь мне кое-что сказать тебе, мистер Вулф. Меня бы здесь не было, если бы я не любила свою сестру. Если бы это так много не значило для Элизабет, даже ноги моей не было бы здесь. Своё благословение я дала ей уже давно. — Стараясь расслабиться и успокоиться, Марисса сделала глубокий вздох. Девушка понимала, что оправдывается перед ним, и, не желая предоставлять ему ещё больше информации о себе, которую он смог бы использовать в дальнейшем, она постаралась быстро погасить свой эмоциональный порыв.

Марисса отступала до тех пор, пока спиной не упёрлась в стену, но Гейдж снова сократил расстояние между ними.

— Ты знаешь, кто я такой, каков мой статус здесь?

Марисса ни на миг не поверила ни его мягкой улыбке, ни спокойному голосу.

— Да.

— Так зачем же ты хочешь разозлить меня? Каждый разумный человек сто раз подумает перед тем, как говорить Альфе, что дела члена Стаи его не касаются или произносить подобное тому, что сказала ты.

От прикосновения Гейджа электрический разряд пронзил тело Марисcы, и она судорожно вздохнула. Он, наверное, тоже почувствовал это, так как тут же отпустил её. В течение нескольких минут никто из них не проронил ни слова, и Марисса просто молча, взирала на него.