Алёнушка

Изабелла несколько раз сменила наряды, в конце концов решив остановиться на том самом платье, в котором она изображена на картине. Старье, но если верить Алене, винтаж сегодня в моде. Впрочем, она сама была этим винтажем, что толку строить из себя юную девицу? Смешно и нелепо.

В платье она влезла. Со времен юности она набрала всего один килограмм – за весом Изабелла фанатично следила, особенно после произошедшего. Платье выглядело актуально. Немного экстравагантно, но она могла себе это позволить.

Она поменяла прическу и в последний момент решила сбрызнуться «Пуазон» от Кристиан Диор.

Она вызвала такси и вышла из квартиры. Спускаясь по лестнице, встретила первую сплетницу дома – соседку с собачкой.

– Куда это ты, Беллочка? – заинтересовалась та.

– На похороны, – с серьезным выражением лица ответила Изабелла.

– В субботу вечером? – искренне поразилась Нина.

– А по-твоему, умирают только в будние дни с восьми до пяти? – фирменным движением приподняла бровь Изабелла.

– Нет, но ведь как же хоронить вечером… Ой, господи, что же я несу. Мои соболезнования, а кто умер‐то?

– Любовь, – вздохнула Изабелла и продолжила путь вниз.

– Я же к тебе по-людски! – перегнувшись через перила, выкрикнула Нина с обидой. Болонка согласно тявкнула. – Что ты за человек такой, Белла, нельзя, что ли, нормально ответить?

Но Изабелла не обратила на ее причитания ни малейшего внимания. С соседями по дому она не дружила и не общалась, не видя смысла в проведении времени за сплетнями, когда можно сходить в театр, на выставку, в кино или же заняться спортом.

Такси стояло возле дома. Владимир уехал в родной город – у него заболела сестра, и он отпросился на несколько дней ее проведать. По привычке Изабелла скользнула на заднее сиденье и, не глядя на водителя, назвала адрес. Ей показалось немного странным, что водитель в низко опущенной кепке заблокировал замок дверей, но она не придала этому особого значения, рассматривая себя в зеркало и сетуя на стремительно промелькнувшую юность.