Алёнушка

– А есть другие места? – Филипп сделал глоток минеральной воды, внимательно глядя на внука. Кажется, вторая дочь Вишневского зацепила того куда сильнее, чем та, на которой он собирался жениться.

– Это неважно. В общем, кажется, эта стерва стащила у меня все идеи. Потому что она уволила Инока, а он у них ведущий модельер, между прочим, и все ждут его коллекцию. А она заявила, что представит свою собственную. Ну вот скажи, кто такое будет делать за два месяца до показа?

– А ты уверен, что она что-то украла? Доказательства есть?

– Какие тебе нужны доказательства? Все бабы – стервы.

Мне надо было это понять еще когда я с ней познакомился. Знаешь, как это произошло? Она подцепила меня на игре!

– На игре? – насторожился Филипп. – Она что, картежница?

– О, нет, – улыбнулся Александр, вспоминая ту необыкновенную ночь. – Она была… я даже не знаю, как тебе это описать. Народ шептался, по крайней мере те, кто постарше, что она похожа на графиню, про которую ты мне вечно рассказываешь, – Александр схватил бокал вина, принесенный официантом, и выпил его залпом.

 – Не знаю, как там выглядела твоя графиня, но если Алена похожа на нее, то понимаю, почему ты так долго страдал.

– Как, ты сказал, ее зовут? – Филипп впился руками в стол.

– Алена. Алена Васнецова. Фамилия, кстати, настоящая.

– Не может быть… – прошептал Филипп.

И вот ему снова тридцать. Он только что женился на Нине, подруге детства, дочери «правильного человека», как любил говаривать его отец. Он был заместителем этого самого «правильного человека».

Нина красива, ей вслед оглядываются на улице, и Филиппу это, безусловно, льстит. Он думает, что любит ее. Думает вплоть до того дня, когда встречает Беллу. Изабеллу. Дочь испанцев, приехавших в Союз из Франции. Ее отец – летчик, после окончания войны пытался сбежать в родную Испанию в дипломатическом багаже, но был пойман и отправлен в лагеря на двадцать пять лет «за измену родине». Мать не выдержала и умерла от горя. Растила Изабеллу бабка, испанская графиня, которая только и умела, что играть в карты, и внучке эта страсть и умение прививались с детства. "

"Когда Изабелле исполнилось восемнадцать, она выскочила замуж за юного испанца, но брак вскоре распался. Изабелла решила, что молодость, красота и умение блефовать – это единственное, на что можно надеяться в этой жизни. А любовь, ну что любовь? Любовь только и существует, что в глупых книжках. Так она всегда говорила, объясняя Филиппу, что ей плевать, что он женат.