Александрийское звено

Поэтому вновь я нуждаюсь в твоем мудром руководстве, чтобы разрешить важнейший из вопросов.

Об Иерусалиме в древнем тексте говорится как о святом городе. Слово „Иерушалаим“ часто используется для обозначения географического местоположения, но при этом я ни разу не встретил в древней рукописи выражения „ийр Иерушалаим“, что означало бы „город Иерусалим“. Позволь мне показать тебе то, о чем я толкую, на одном примере. В переводе с еврейского Книги Царей Яхве говорит Соломону: „Иерусалим и находящийся в нем град Давидов, который я избрал для себя“.

Далее Яхве произносит такие слова: „И пусть город в Иерусалиме, город, который я избрал для себя, будет сохранен“. Ты видишь противоречие, брат мой? Древний текст трактует Иерусалим не как город, а как некую территорию. И везде — не просто „Иерусалим“, а „город в Иерусалиме“. Во второй Книге Самуила на древнееврейском об Иерусалиме также говорится как о регионе: „Пошел царь и его люди на Иерусалим, принадлежавший до того ивусеям, населявшим эти земли“. Я подходил к переводу и так и эдак, полагая, что столкнулся с какой-то ошибкой, но нет, древние тексты вполне определенно истолковывают „Иерушалаим“ не как город, а как место, в котором находится много городов».

Херманн закончил читать и поднял глаза на вице-президента.

— Иероним писал это Августину, когда переводил Ветхий Завет с древнееврейского на латынь. А теперь позвольте мне прочитать вам то, что ответил на это письмо Августин Иерониму."

"Он нашел другую страницу с переводом.

«Мой ученый собрат. Твой труд тяжел, но славен. Как, должно быть, восхитительно читать то, что неведомые нам книжники, которых уже давно нет на свете, записывали под святым водительством Господа нашего. Тебе, без сомнения, известно о той нескончаемой битве, которую все мы ведем в эти нелегкие и опасные времена. Языческие боги умирают, слово Христа, призывающее к миру, милосердию и любви, звучит все громче. Многие начинают слышать его хотя бы потому, что оно становится более доступным, и это делает твой труд, направленный на то, чтобы оживить древние слова, еще важнее.

Из твоего письма ясно следует, с какими трудностями ты столкнулся.

Сегодня будущее этой церкви и нашего Бога лежит на нас. Приспособить старое послание к новому не есть грех. Как ты сам признаешь, слово может иметь различные значения, и кому судить о том, какое из них верно? Уж точно не тебе и не мне. Ты просишь у меня совета, и я дам тебе его.