Александрийское звено

Он взял Пэм за руку и повел ее к дальнему концу прилавка. В руке Макколэма он увидел нож.

Расстояние между стоявшими вдоль стены витринами было достаточно большим, чтобы Макколэм поместился между ними. Темнота укроет их — по крайней мере до тех пор, когда для их противников станет слишком поздно оказать сопротивление. Вооруженный мужчина приближался.

Стефани начинала терять терпение. Разговор с Ларри Дейли выводил ее из себя.

— Что же такое я не могу вообразить? — спросила она.

— В администрации президента есть те, кто хочет доказать правильность теории Хаддада, — сказал Дейли.

Она вспомнила слова, сказанные Дейли Бренту Грину, когда он полагал, что их никто не слышит: «Включая тебя».

— Это неправда.

Она не собиралась на это покупаться.

— Вернись к реальности, Ларри. Ты находишься здесь только потому, что в моем распоряжении оказалась компрометирующая тебя информация.

Дейли и ухом не повел.

— Реальность заключается в другом, Стефани. Из всех твоих действий наши журналисты состряпают историю об «уликах», сфабрикованных вышедшей из-под контроля государственной служащей, которая во что бы то ни стало пытается удержаться на своем посту.

— Возможно. Но после этого от тебя станут шарахаться, как от прокаженного.

Дейли пожал плечами.

— Издержки профессии.

Кассиопея обшаривала взглядом выставочный зал. Ее тревога передалась Стефани, и она сказала, обращаясь к Диксон:

— Переходи к сути."

"— Суть заключается в том, что мы все хотим похоронить это. Но кто-то в вашем правительстве этого не хочет.

— Верно. И этот «кто-то» — он. — Стефани указала на Дейли.

Кассиопея переместилась к лунному модулю и собравшейся рядом с ним стайке подростков.

— Стефани, — заговорил Дейли, — ты обвинила меня в утечке информации относительно Александрийского Звена. Но ты не можешь отличить друзей от врагов. Ты ненавидишь эту администрацию. Ты считаешь президента идиотом. Но есть другие, кто гораздо хуже. Очень опасные люди.

— Нет, — сказала Стефани, — они все фанатики, сторонники партии, которые годами держали рты на замке и теперь должны что-то предпринимать.

— А сейчас главное место в их планах занимает Израиль.