Александра (СИ)

— Не бросят. Думаешь я зря людей на Дон отправила.

— Подожди, так ты хочешь, чтобы они напали на Литву с юга?

— Конечно.

— Но их мало. Твои калмаки эти. Их всего семь тысяч. Хорошо, пусть ты усилила их полевой артиллерией своей. Но их всё равно мало.

— К ним присоединятся казаки. Это порядка трёх, трёх с половиной тысяч.

— Ты думаешь крымчаки будут сидеть спокойно?

— Не будут. Они тоже пойдёт на Литву. Ширины с Мансурами принесли мне клятву верности, на Коране.

— Ой смотри, Саша, обманут они. Как пить дать, обманут.

"— Не обманут. Им это не выгодно. Ширины и Мансуры понимают, что против того катка, который накатывается на них с Востока им без меня не выстоять. А Ширин не дурак, да Мансуры тоже далеко не глупые. Так что пойдут в набег на Литву. И, возможно, ещё и Польшу зацепят. Тем более, им добыча нужна. А ходить на Русь я им запретила. Теперь у них только два пути за ясырём бегать, это либо Кавказ, либо Литва с Польшей.

— Рисковое, Саша, дело ты затеяла. Не спокойно мне.

— Я слышала такое выражение, кто не рискует, тот не выигрывает.

Перед самым расцветом, мы оба оделись. Василий помог мне надеть кольчугу. Я ему помогла.

— Ну вот, Сашенька. Не дал я тебе отдохнуть.

— Ничего страшного. Зато я такой заряд сил и бодрости получила, что меня на долго хватит. — Тихо засмеялась я, уткнувшись ему в грудь. Он погладил меня по голове. Поцеловал в макушку.

Его охрана в две тысяч ратников уже свернула лагерь. Все были готовы выдвигаться.

— Вась, а шатёр, разве сворачивать не будут?

— А я тебе его оставлю.

— У меня же есть.

— Ещё один будет. Специально для тебя вёз, мало ли. — Он улыбнулся. Вскочил на коня. Держалась за его стремя.

— Я люблю тебя. — Сказала ему, глядя с низу в верх.

— Я тоже тебя. Больше жизни, Сашенька…

Стояла и смотрела в след коннице, пока она не скрылась за стволами деревьев. Шатер свернули люди князя Воротынского и принесли в мой уже лагерь.

Солнце показалось из-за горизонта. Моя армия занимала позиции, вставая каждый на своё место, согласна плана.