Александра (СИ)

Я остановила рукой стражника. Его глаза горели каким-то дьявольским огнём.

— Нет. Марфа любит меня. Она против воли родительской пошла, сбежав ко мне. С детства любит меня, а я её. Вот только я был из простых, холоп, а она дочь служивого боярина.

— У, какие у вас тут мексиканские страсти кипят. — Улыбнулась я, глядя на Гаврилу."

"— Чего кипит? — Не понял Гаврила. Точно так же с вопросом в глазах на меня посмотрел Евлампий.

— Страсти. Любовь сильное чувство, Гаврила. Она может заставить человека совершать как великие дела, так и ужасные.

— Зачем в Волок Ламский? — Непонимающе смотрел на меня Евлампий.

— Можно и в другое место. Но пусть будет Волок Ламский. Почему туда, никто не знает. Пусть кто-нибудь из стражников приказа, якобы подопьёт и скажет в корчме какой на торжище, что будут перевозить.

— Ты думаешь, Царевна?

— Конечно. Я это знаю. Запомни, дьяк, любящая по настоящему женщина, готова на всё.

Гаврила смотрел на меня широко раскрытыми глазами, потом рванулся ко мне с места. Но я ждала этого. Арестант нарвался на удар ногой в грудь, всё же резко встать с колен в кандалах, это лишние мгновения. Которых у него не было. Гаврила опять завалился на пол. Я остановила стражу, которые стали его уже пинать.

— Оставьте его. Я её поймаю. Гаврила, а потом мы поговорим с тобой.

— О чём? — Прохрипел он, лёжа на полу.

— О делах твоих скорбных. Уведите его в поруб. Стеречь особо тщательно.

Марфу взяли на следующий день. Всё произошло так, как я и говорила. Она подстерегла крытый возок со своим Гаврилой не доезжая Волока Ламского двадцати вёрст. На лесной дороге. Возок сопровождало четыре всадника. Они были готовы, так как являлись профессиональными воинами, а не стражей из приказа. Мало того в трехстах метрах позади возка двигалась я верхом, в сопровождении трёх десятков княжьих ратников. Марфа действовала по отработанной схеме.