Александра (СИ)

Услышав, что нас назвали по отчеству, да ещё с окончанием -вна, удивление на лице женщины ещё больше выросло.

— Даже так? — Спросила она. Иван и Василий кивнули. — Подойдите ко мне. — Велела она. Я немного подождала, глядя ей в лицо. Ещё чего не хватало, бежать по первому окрику. Но потом сделала шаг вперёд. Подошла к крыльцу. Елена пристроилась за мной. Самое что интересное, сам боярин в разборку не вмешивался. Наблюдал со стороны.

— За сыновей спасибо вам, гостьи. А почему в одёжке такой? Это же срам. Да ещё в драной, что колени женские видны.

— Так получилось. — Ответила спокойно я. — Слишком быстро бегать пришлось. А в платье, да в сарафане много не побегаешь.

Раздался мужской смех. Я не оглядывалась, но видела, как Иван с Василием улыбнулись. Но смеяться перед матерью не посмели."

"— Я смотрю ты дерзкая! — Недовольно проговорила боярыня. Я опять включила высокомерие.

— Мне по статусу положено такой быть. Я внучка воина, дочь воина, жена воина, вернее вдова. Все мужчины моего рода погибли. Остались мы последние.

Что-то во взгляде женщины изменилось. Появилась какая-то теплота и сочувствие. Она кивнула мне слегка.

— Пусть царствие небесное будет мужу твоему и пращурам вашим. Спасибо вам за сыновей моих, что они живыми в отчий дом вернулись. Мы умеем быть благодарными.

Я слегка поклонилась. Елена тоже, копируя меня.

— Евпраксиньюшка, — услышала я голос боярина, — Евсею совсем плохо.

— Что же вы, несите его в светлицу. — Быстро сказала боярыня. Раненного четверо мужчин понесли в терем. Я взглянула на него, совсем бледный. Пошла за ними. Иван удивленно на меня посмотрел. Народ вокруг засуетился.

— Я попробую ему помочь. — Сказала молодому боярину.

— Ты знаешь лекарство? — Это спросил меня старший боярин.

— Знакома. Только ваш Евсей, много крови потерял. Поэтому я даже не знаю, выживет ли он или нет.

Евсея занесли в большую комнату на первом этаж.

— Кладите его на стол. — Сказала я мужчинам. Его положили. — Выйдете все, не мешайте мне. Кто у вас тут за лекаря или знахаря, не знаю как зовёте.

Ко мне подошёл низенький худощавый мужчина неопределённого возраста. Толи 40 ему, толи все 60.

— Ну я лекарь.

— Водка есть?

— Что?

Вот чёрт! Они знают уже водку или нет? Как же она называлась на Руси?

— Крепкое вино, перевар?

— А это, есть.

— Несите. Ещё теплой воды и чистые тряпки.