Александра (СИ)

Смотрел на меня ещё более заинтересованно.

— Что, Государь?

— На едине можешь звать меня просто Василий.

— Как такое можно? Не вместно мне так обращаться к тебе.

— Здесь я решаю, что вместно, а что нет. Понятно, Александра?

— Понятно. Воля твоя. — Так, это что такое происходит?

— Вот именно, моя воля. Удивляюсь я тебе, Александра.

— Чему именно?

— Ты ничего для себя не просишь.

— Почему не прошу? Прошу. Попросила же.

— Что попросила?

— Пушки.

Василий смотрел на меня некоторое время, широко раскрыв глаза, потом засмеялся.

— Пушки она попросила! Это же надо. У меня другое просят. Землицы в кормление, места в моей свите, местничество. А ты пушки попросила! Причём за свой счёт. Вон, даже за свёкра своего не просишь, а говоришь, пусть найдёт вора. Если найдёт, значит достоин.

— Для меня главное, чтобы человек находился на своём месте. Что бы знал своё дело. А кто он, это мне без разницы. От этого только польза делу будет. Для тебя и для твоей державы. Это главное. Остальное приходящее и уходящее.

— Хорошо. — Василий крикнул в дверь. — Фёдор! — Дверь открылась, заглянул уже известный боярин. — Вяземского позови. — Фёдор исчез. Вскоре в комнату зашёл Вяземский-старший. — Проходи Фёдор Мстиславович. Садись.

Вяземский был в шубе, в руках держал высокую бобровую шапку, своего рода символ думского боярина.

— Значит так, — начал Великий Князь, — Александра тебе всё обскажет, что нужно делать. Если справишься, то я новый приказ объявлю. Как ты его назвала, Александра?

— Служба государевой безопасности.

— Слышал?

— Слышал, Государь.

— Тебя назначу ответственным за него. Большая власть тебе будет дана, боярин. В эту службу войдёт и твой нынешний приказ. Не справишься, без места оставлю. И в Думе больше сидеть не будешь.

Фёдор Мстиславович, судорожно вытер платочком лоб.

— Понял я, Государь. Не изволь сомневаться. Сделаю всё, что надо.

— Вот и славно. А сейчас идите."

"Вяземский-старший и я покинули апартаменты Московского владетеля. Выйдя из Грановитой палаты, я облегчённо выдохнула.

— Дочка, о чём Государь говорил?

— О деле, батюшка. Новую службу будем делать. И ты, Фёдор Мстиславович, станешь её главой. А это на самом деле, большая власть. Дано тебе будет многое, но и спрашиваться с тебя будет так же строго. Справишься ли, батюшка?

— А куда я денусь? Слышала, что Великий Государь сказал? Без места меня оставит.

— Тогда дома поговорим.

Иван и конвой молчали, непонимающе глядя на боярина и меня. Но мы ничего говорить не стали.