Александра (СИ)

Теперь вопрос, как могли казанцы так быстро отреагировать, что успели послать гонца к ногаям, а возможно и не только к ним к одним? И когда мы прибыли, нас они уже ждали. Подозревать кого-то из вас, что вы хотели меня отдать ногаям, а я уверена, что от ногаев меня переправили бы в Константинополь, так как за всем этим однозначно стоят османы, я не могу. Так как не верю, что кто-то из вас на это способен.

Сказав это замолчала. Все смотрели на меня шокировано.

— Ты что такое говоришь, Саша? — Воскликнул Иван. — Да как такое могло тебе прийти в голову?

— И правда, дочка, подозревать нас в таком непотребстве.

— Вот я и говорю, что не могу вас в этом подозревать. Ибо мы семья. Если не кто-то из вас, значит кто-то из слуг, которые могли такое как-то услышать. Такое возможно?

— Нет. Здесь все люди проверенные. — Покачал отрицательно головой Евсей.

— Дядька, может кого купили, пообещав золота или серебра. Надо проверить все ли слуги и боевые холопы на месте. Проверить всех, особенно тех, кто вхож в терем и покои.

— Проверим, дочка. — Согласился Фёдор Мстиславович.

— Батюшка, тебе же Государь поручил приказ разбойных дел?

— Совершенно верно, Александра.

— Значит завтра, Государь и тебя вызовет, на разговор. Я сказала сотнику Кобыле, чтобы он сказал Государю, что я прошу встречи.

— Понятно.

— Если казанцы это узнали не от нас, то значит от кого-то из близкого окружения Государя. А вот это уже очень опасно. Значит враг притаился возле Великого Князя.

— Господи, спаси и помилуй. — Все мужчины перекрестились. В трапезную зашёл Василий.

— Иван, дядька! Саша. Вы уже приехали?!

— Закрой дверь и сядь. — Велел сыну боярин. Василий сел на лавку и замолчал.

— Дочка, ты уверена в этом? Это очень серьёзное обвинение."

"— Батюшка, а как иначе объяснить, что ногаи ждали нас? Я думаю, что казанцы узнали об этом в тот же день, как я была у Государя, или крайний срок, на следующий. Это позволило им отправить гонца или гонцов к ногаям и к другим татарским родам.

Фёдор Мстиславович постучал в задумчивости пальцами по столу.

— Я тебя понял, дочка. Думаю, завтра государь даст на это добро. А если подтвердится, тогда… Даже не знаю. Тронем их посольство, они убьют наших посольских.