Александра (СИ)

Медленно, но пушка, обвитая верёвками, спускалась всё ниже и ниже. Вот её перехватили у земли. Аккуратно опустили. Отвязали. Я облегчённо выдохнула. Подошла к пушке. Цельнолитая. Причём довольно новая. Это хорошо. Калибр на вскидку миллиметров 100. Просто праздник какой-то.

— Дядюшка, надо ещё повозки. Этих будет мало.

— Иван уехал с парой десятков воев за повозками. Сейчас пройдётся по их деревенькам. Пригонит. Ему не впервой.

— Дядька, две пушки нужно очень жёстко закрепить на двух телегах и зарядить картечью.

— Чем? — Он посмотрел на меня удивлённо.

— Голышами. Мелкой галькой.

— Понял.

— Пушкарей нашли?

— Нашли. Вон там сидят возле стены, двое.

— Пошли со мной, дядька Евсей.

Опять подошли к пленным. Евсей двоим из них, жестом показал встать.

— Есть, кто говорит по-русски?

— Я! — Встал с пола один из пленных ратников.

— Откуда ты?

— Из Смоленска.

— Давно у фон Деница наёмником подрабатываешь? — Спросила его.

— Три года уже.

— Ладно, это твои дела. Эти двое, пушкарей, говорят по-русски?

— Нет, госпожа."

"— Тогда переводи. — Посмотрела на двух немцев. Один был небольшого роста, сколько ему лет непонятно, от тридцати, до сорока. Второй худой и длинный. Оба в кафтанах и шорообразных протобриджах. Ну как же, бёдра мужчин, по современным понятиям, должны привлекать милых дам, поэтому такие и одежды, гротеских форм. При этом, у обоих были сапоги до колен. На головах береты. Красавцы.

На одну повозку стали жёстко закреплять первое из опущенных с башен орудий. В корзинах спускали вниз ядра. Ядра были каменные, хорошо обтёсанные. Но я решила, что в перспективе будем ядра лить, как и делать картечь. Тем более, чугун, в простонародье свиное железо, был довольно дёшев. Все имеющиеся повозки, которые были в замке, мы загрузили. На две установили по пушке, жёстко их зафиксировав.