Александр Агренев. Трилогия (СИ)

По-хозяйски уселся, подтянул к себе с полки объемистую укладку, и принялся неспешно ее перелистывать, время от времени непроизвольно хмыкая или хмурясь. Минут через пять Долгин наконец нашел то, что его интересовало. Щелкнул пружинный зажим, легонько прошуршал бело-серый лист бумаги, исчезая в специальном портмоне для документов — довольно-таки большом и дорогом. Портмоне, в свою очередь, исчезло во внутреннем кармане пиджака — и опять зашелестели рапорты и служебные записки, написанные начальниками и мастерами всех фабричных цехов.

— Кхм! Григорий Дмитриевич, может чайку организовать?

С треском захлопнув первую укладку, Долгин на несколько долгих мгновений прислушался к себе любимому — а хочет ли душенька чаю? Душенька немного покапризничила, посомневалась, но ответила все же правдиво. Хочет.

— Сей момент все спроворим!"

"Инициатива ""снизу"" оказалась очень своевременной — потому что закончивший обход территории начальник смены и сопровождавшие его охранники тоже ее оценили, моментально разобрав свободные стаканы.

— Кхм. Господин главный инспектор, разрешите обратиться?

Оторвавшись от перелистывания второй укладки, Долгин слегка удивленно поглядел на начальника смены. Тот вздохнул, набираясь то ли смелости, то ли красноречия, и продолжил.

— Говорят, что если у кого в семье много детей, тому положена помощь от фабрики?

— Говорят. А кое-кто так даже и подписывался под этим приказом в том, что ознакомлен. Например, ты, Семен. Говори прямо, чего хотел?

— У Силантия ребятни с избытком, я и подумал, что было бы неплохо ему помочь.

— Не помню такого. Где служил, в каком отряде?

— В Несуловицком. Он у нас недавно, где-то с полгода, но уже неплохо себя показал — исполнительный, и при этом не дурак.

— Это хорошо, что не дурак.

Невысокий жилистый охранник уже переминался с ноги на ногу рядом с начальством.

— Ну что, Силантий. Я смотрю, ты жене-то скучать не даешь?

— Дык оно как-то само так получается, вашбродь.

— Я так и понял.