Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Но при этом неизменно предлагал разного рода дополнения и мелкие условия, которые не устраивали уже самого юриста. Как пример – компания З.И.Г. очень заинтересовалась патентами князя Агренева на подшипники. Особенно на двухрядные самоустанавливающиеся – очень хорошая вещь как для железнодорожного транспорта, так и для общецеховых ременных приводов на станки. Да и другие изобретения русского аристократа в этой области выглядели очень даже недурно, точнее, весьма и весьма заманчиво, хотя и не содержали подробных данных, а только общие идеи и концепции (как, кстати, и подавляющее большинство остальных его патентов).

Тем не менее эти изобретения, при правильном подходе к их реализации, сулили просто колоссальные барыши. А в перспективе так даже и монополию на производство этого товара – вот и старался Оскар изо всех сил, убеждая собеседника вложиться в З.И.Г. по максимуму. Вообще-то российский промышленник-аристократ и не думал отказывать, просто деньги в качестве оплаты лицензий его интересовали не сильно – в отличие от дополнительного пакета акций. Или возможности наладить собственную выделку подшипников – конечно же только после того, как швейцарцы сами разработают и отладят технологию их производства. Да что там, он и доплатить за такое дело был не против! Например, очередной лицензией на специальную сталь, крайне необходимую для налаживания успешного производства. На четвертый день слегка уставшие от взаимной неуступчивости переговорщики взяли небольшую паузу, а чтобы переговорный процесс не стоял, в ход пошли инженеры. И вот тут-то перевес за российской стороной был неоспорим: господин Лазорев так насел на своего швейцарского коллегу, обсуждая и обговаривая длиннющий список необходимого ему оборудования и станков, что тот только и успевал утвердительно кивать:

– Да, эти поставки возможны. Да, эти позиции мы беремся выполнить. Это совершенно излишне, продукция нашей компании и так отличается наивысшим качеством. Что же, вам это обойдется дороже обычного."

"Кончилось все тем, что к общению привлекли главного инженера З.

И.Г., господина Берндта Хатебура, срочно вызванного телеграммой с завода компании в Нойхаузене. Тот глянул своим орлиным взором на представленные бумаги, оценил словосочетание «предварительный заказ» на первом листе и количество нулей в калькуляции на последнем, после чего преисполнился просто невероятного энтузиазма и самым настойчивым образом увлек Аркадия Никитича в отдельную комнату – «пошептаться о своем, об инженерском».