Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Данная модель самозарядного пистолета именуется «кнутом», за очень специфический звук при выстреле.

Большую, но в то же время легкую кобуру небрежно повертели в руках и отложили в сторонку, а вот сам «кнут» едва ли не облизали со всех сторон – уж очень он всем понравился. Массивный, с длинным стволом, угловато-смертоносный пистолет привычно-больших размеров завоевал трепетные сердца офицеров одним своим брутальным видом. С некоторым трудом отобрав его обратно, Александр с видом фокусника улыбнулся и в два движения присоединил кобуру-приклад к ручке.

– Вуаля! И у меня в руках пистолет-карабин.

– О!!! Какая оригинальная конструкция!

– Весьма! Да, господа, весьма неплохо. Думается мне, что такой, с позволения сказать, пистолетик очень недурная вещь для путешественников по диким местам.

– Для них и разработано, господа. Точнее, и для них в том числе.

Разумеется, что и этот пистолет делали именно для дорогого Сергея Михайловича. А чтобы усугубить эффект, князь отказал двойке свитских в немедленном приобретении так понравившегося им оружия.

«Уж ребята меня порекламируют на совесть, сил не пожалеют и собственного языка, расписывая перед своими знакомыми из лейб-гвардии, какой классной штукой они вскоре будут обладать.

Провожая дорогих гостей, Александр улыбался так искренне, как никогда до этого: несмотря на то что они практически и не разговаривали, он умудрился еще больше понравиться Романову-младшему (похоже, именно тем, что оставил его наедине с современным аналогом пещеры Али-Бабы). И положить начало приятельским отношениям с еще одним высочеством и всей его невеликой свитой.

В Сестрорецк князь Агренев вернулся только через неделю, улыбаясь и мурлыкая себе под нос незатейливую мелодию, и первым же делом поднялся к себе в кабинет. Не успел он сгрузить на стол три потрепанные папки, крест-накрест перевязанные ворсистым коричневым шпагатом, как в дверь просочился господин Долгин:

– Ну и как прошла охота?

– Да какая это охота, скорее стендовая стрельба.