Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Тхек!

Мимоходом пнув упорствующего в своем заблуждении доходягу и так же мимоходом извинившись:

– Попозже договоришь, ладно?

Григорий вышел на середину общего прохода между столами, оглядел окончательно притихшую «публику» и негромко, но очень внушительно спросил:

– Как бы мне увидеть Сему Семинариста?

Не дождавшись ответа, он разочарованно вздохнул, едва заметно покосился на князя, с интересом наблюдавшего за его «практическими занятиями», и шагнул к ближайшему выпивохе:

– Мил-человек, ты мне не поможешь? А?"

"Вместо помощи тот обереченно-угрюмо глянул по сторонам и очень вежливо (по своим меркам, конечно) отказался от сотрудничества:

– Пашшел ты, псина легавая.

Уткнув лицо в ладони, вынужденный грубиян пару минут приходил в себя от легкого с виду удара по носу, а когда убрал руки, тут же застыл в недвижимости, потому как в уже пострадавшую переносицу ему уперлось пятнадцать сантиметров прекрасно отточенной золингенской стали.

– У тебя какой глаз лишний?

Мигом растаявший от такой обходительности и утонченных манер, мужчина незамедлительно указал на искомую личность. И даже проявил некоторую инициативность – без лишних напоминаний самостоятельно повертел головой и выдал «пристяжного» Семы по кличке Яшка Лошадь.

– А где у них остатний, я того не ведаю. Ну вот те крест святой!

– Свободен.

Значение этого слова ему растолковал еще один человек в маске, легким тычком направив почти добровольного помощника обратно к столу.

– Ну что, Сеня, давай подымайся да на выход. Поди, думал, что Леня Пантелеев тебя не отыщет, а?

Бригадир небольшой криминальной артели очень не хотел вставать и идти куда-то в неизвестность, но спорить с направленным на него револьвером не рискнул. Ссутулив плечи, повесив голову и всем своим видом выказывая полную покорность судьбе-злодейке, он сделал шагов пять-шесть, после чего пошел на прорыв.