Александр Агренев. Трилогия (СИ)

Надо же, прямо чем-то родным и знакомым повеяло, а? Вот интересно, пятнадцать процентов акций «за содействие» – это много, мало или общепринятый стандарт? В любом случае я скорее все взорву, чем поделюсь. Но пока надо тянуть время».

– Ничего страшного, Валентин Иванович, обычное деловое предложение.

Говорить Греве, что никакого письма он еще не получал, поручик не стал. Поначалу просто не успел, а потом уже не было никакого смысла. Вера в своего начальника столь явно успокаивала и придавала сил Валентину Ивановичу, что разочаровывать его было бы грубейшей ошибкой.

– Когда вас пригласят на следующий обед к господину… забыл… неважно, господину градоначальнику, прошу передать мой ответ: продажа акций планируется не раньше, чем станет окончательно ясна рентабельность производства, то есть по итогам годового финансового отчета бухгалтерии. Вдобавок можете намекнуть, что он только второй в очереди, потому как один из великих князей уже получил от меня твердое обещание.

Вера мастера-оружейника в своего начальника и работодателя прямо на глазах росла и укреплялась до состояния гранита.

– Ваше сиятельство! Прошу простить мое любопытство, но позвольте вопрос. По поводу великого князя. Это точно?

– Разумеется, Валентин Иванович!

«Разумеется, я кое-что обещал одному великому князю. Только он об этом не знает. Правда, не акции, а акцию»."

"В сборочном цехе за номером три вовсю ставили перегородки, разделяя первый этаж на участки: тарный – то есть производство ящичков (и под пистолеты, и под столовые приборы), шорный – под изготовление кобур (и ремней заодно, с красивыми пряжками) и упаковочный.