Аларика

Из зеркала не нее глядело лицо — многократно увеличенное. Она отшатнулась.

— Смотри! — мой голос был жестким, в нем звучал приказ, и она не посмела ослушаться. А нить заклятья уже тянулась, и в чары, исцеляющие тело вплеталось колдовство, действующее на разум. Голос обволакивал, зачаровывал, заставлял забыть обо всем и подчиняться, и верить… Мешки с мукой таскать легче, честное слово.

Широко раскрыв глаза, Дилия смотрела, как уродливое пятно на щеке уменьшается, как на его месте возникает чистая нежная кожа.

— Смотри внимательно, — на самом деле, слова уже не имели значения. — Смотри и запоминай, как ты красива.

Свет погас. Порыв ветра распахнул дверь, погасил курильницы, вынес на улицу остатки сладкого дыма. Я открыла ставни и дала девочке снова ставшее маленьким зеркало.

— Вот такая ты на самом деле. — Сказала уже обычным тоном.

Она плакала. Кузнец буквально ворвался в открытую дверь, остолбенел, глядя на дочь. И кинулся в ноги. Я выслушала его со спокойным достоинством, как и подобает целителю.

Заставила подняться. Поклонилась на прощание.

— И стоило так надрываться, — спросил Тайрон, едва мы вышли за околицу.

Я хотела отмолчаться, но эльф не унимался:

— Если бы дело было в столице, за гонорар от подобной работы ты смогла бы купить всю эту деревеньку на корню. — Ворчал он. — А для того, чтобы «отблагодарить за гостеприимство» достаточно было благословить семью и скот, чтобы болезни год обходили стороной. Сил бы ушло гораздо меньше. И сейчас у тебя не дрожали бы руки и не кружилась голова.

Ради чего?

— Зато она теперь будет чувствовать себя нормальной девушкой, а не убогонькой, от которой каждый брезгливо отводит взгляд.

— Тебе-то что до того?

— Ровным счетом ничего. — Я тряхнула волосами, отгоняя головокружение.

— Тогда зачем?

— Чтобы вспомнить, что умею не только убивать, — тихо сказала я. Достала из мешка кошель — тот самый, снятый с тела — размахнулась и зашвырнула его через частокол.

7

День за днем дорога ложилась под ноги, и порой начинало казаться, что в целом мире не осталось ничего, кроме темного, непролазного леса, полузаросшей дороги и нас двоих.

Насколько я помнила карты, дальше впереди жилья не было вплоть до другой стороны горного хребта. Дальше, в предгорьях и самих горах разбойничали орки — сколько не гоняли их, а извести под корень так и не смогли, уж слишком хорошо умели прятаться. Но пока опасаться стоило только нечисти, если она водилась в здешних лесах. Оказалось, что водилась.