Твое сердце будет разбито. Книга 1 (СИ)

Он-то надеялся, что Дилара будет делать за него контрольные на «четыре» и «пять», а она…

Когда Ольга Владимировна раздала все работы, в дверь постучали, и в кабинет вошел Барсов. Он почему-то злобно посмотрел на меня, как будто это я была виновата в том, что он опоздал.

— Здравствуйте, можно? — хмуро спросил Барсов.

— Заходи Дима, — кивнула классная руководительница. — И постарайся больше не опаздывать.

Барс приземлился рядом со мной и задел своим плечом мое плечо. Я демонстративно отодвинулась. И он удивленно взглянул на меня, не понимая, что со мной.

— Ты почему так рано ушла? — прошептал Барс мне на ухо, когда Ольга Владимировна стояла у доски, объясняя решение уравнения, на котором посыпались многие одноклассники.

— А должна была проконсультироваться с тобой, во сколько мне уходить? — спросила я тихо. Перед глазами стояла фотка, на которой он целовался с Викой. Как же противно! Почему я все время думаю об этом? И откуда ощущение, будто мне действительно изменили?

— Между прочим, я опоздал, потому что тебя ждал.

— Какой молодец.

— Я тебе звонил, если что, — продолжил Барс.

— У меня телефон на беззвучном режиме, — ответила я, и эта была правдой.

— Завтра дождись меня. Пойдем вместе. Поняла?

— Не собираюсь никуда с тобой вместе ходить, — грубо ответила я. С Викой пусть своей ходит.

— Не дерзи, — нахмурился Барс.

— А то что? — весело спросила я.

— Ничего, — отвернулся он. Кажется, он разозлился. Алло, Барсиков, это я должна злиться, а не ты! Это ты с кем попало целуешься!

На перемене ему кто-то позвонил, и Барс слинял, зато в проходе рядом со мной разыгралась настоящая драма.

— Серьезно? Двойбан? — возмущался Леха, стоя напротив Дилары. А за ним стоял Вал и угорал.

— Прости…

— Как так-то? Я сам решаю лучше! Стабильно тройки! Айдарова, ты математику вообще знаешь?

— Не очень, — смущенно ответила Дилара, и мне стало смешно. Нет, ну а на что он надеялся?!

— А зачем согласилась мне помогать?! — воскликнул Леха.

— Чтобы ты меня защищал, — невинно похлопала она ресницами.

— Жесть, — ответил он. — Просто жесть! Айдарова, ты нечто!

— Прости, Леша, — вздохнула Дилара.

Услышав его имя, Вал стал хохотать во весь голос, и даже я невольно заулыбалась, хоть настроение у меня было паршивое. Мягкое произношение имени не подходило тому, кто напоминал школьного хулигана. Хотя, надо признать, друзья Барса, как и он сам, не казались мне больше бандитами.