Академия пурпурной розы (СИ)

И яркое пламя вновь загорается в них — взмывает столбом к самому потолку, прежде чем снова опасть и возобновить ровное, размеренное мерцание. Два огня снова добавлены к сонму тех, что уже разгоняют тьму в этот зачарованный ночной час.

С шумным выдохом огненный маг припадает на одно колено. Опирается руками об пол, дышит тяжело и надсадно. Алый узор на спине постепенно гаснет, будто втягивается под кожу, снова прячется внутри угольной черноты рисунка.

У него получилось. Он зажег священный огонь! Только теперь, увидев, чего ему это стоило, я понимаю, какую нехорошую вещь сделал пакостник Тушкан.

Медленно, медленно мой воин разгибается, встает на ноги. А потом поворачивает голову, и мы встречаемся взглядами на секунду.

— Маэлин…

Незнакомое слово обжигает неожиданной лаской, заставляет сердце с жаром плеснуть крови к щекам. И я не успеваю, но так хочу прочитать, что говорит мне этот смягчившийся взгляд, и что скрывается под пляшущими в нем языками пламени.

Я только отчетливо понимаю, что выплеск магии отнял у моего воина много сил. Очень-очень много сил. И это увидела не только я одна. Лысый делает осторожный, бесшумный шаг вперед, выступая из тени на свет, который остро очерчивает его поджарую, жилистую фигуру, темную маску узора на лице.

Незнакомец чувствует это движение спиной и в ту же секунду гасит тепло во взгляде, что предназначалось только мне. Резко вскидывает голову, громко, с рычащими угрожающими нотами повторяет через плечо ту же команду, что и ранее.

— Тэнна, морвин. Ардо тэис! — довольно протягивает он, осклабясь. И плавным движением обнажает меч, висящий на поясе.

Вот теперь я леденею от такого страха, по сравнению с которым весь страх за предыдущий вечер был просто цветочками.

— Сзади! — выкрикиваю и протягиваю руку. Если бы я была быстрее… я могла бы подбежать и обжечь лысого своим щитом. Но я не быстрее.

Это… это что же получается, лысый так сильно хочет меня убить, что готов наплевать на любые препятствия? Или у него свои застарелые счеты с Незнакомцем, а я — лишь удачно подвернувшийся повод?

Вопросы все множатся и множатся в странном и чужом Зазеркалье, как отражения в зеркалах, что установлены друг напротив друга.