Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить...

О, глаза белобрысой стервы нужно было видеть! И кто теперь удовлетворяется платочком?

ГЛАВА 7

Какое-то время я быстро удалялась от столовки, продолжая напевать дурацкую песенку. К счастью, никто за мной не увязался, хотя я задержалась у раздачи, чтобы взять немножко мяса Белке.

Оглянувшись и не увидев преследователей, притормозила, чтобы свериться с Мобилкой. Уроки с Наарешем стояли на два. Похоже, его сегодня тоже освободили от пар. Я занесла Белочке лакомство — правда, моя красавица лишь лениво приподняла голову, сыто облизнулась и перевернулась на другой бок спать.

Погладив малышку, я вышла немного побродить по территории. В Академии стало тихо — большинство адептов разошлись по послеобеденным парам, только изредка мелькали те, у кого окно. Интересно, можно ли прогулять, или личный помощник вынесет мозг, еще и доложит декану? Ну и контроль…

Неприятный холодок скользнул по спине. Я замедлила шаг, настороженно оглядываясь. Что это? Кто?

По соседней дорожке, почти скрытый кустами, двигался мужчина.

Не знаю, каким чутьем я определила, что это он, но не усомнилась ни на миг. Стараясь держаться на отдалении, чуть прошла следом.

Мужчина двигался в сторону обсерватории, возвышавшейся над территорией. Задумчиво остановившись, я вдруг вспомнила ночное происшествие. Наареш. Что он обо мне знает? Что ко мне имеет? Зачем ночью следил? Или просто провожал, хотел убедиться, что не повторю попытки пробраться к порталу?

— Ищете дорогу в Ментальный зал? — от пробирающего баритона мурашки скользнули по спине.

Едва не подскочив на месте, я резко оглянулась и натолкнулась на взгляд зеленых глаз того, о ком только что размышляла.

Как это вы, мие препод, умудрились смыться от ми консервы и ми стервозы? Я промолчала, лишь кивнув, но в уголках зеленых глаз блеснули веселые искорки.

Ох ты ж, твою… он же менталист! С перепугу я забыла песенку, покопалась в памяти и выдала «Жили у бабуси два веселых гуся.

Уголки его губ дернулись в улыбке.

— Вы альбинос? — быстрее, чем успела себя остановить, выдала я.

— Серебряный дракон, — отозвался он. — Идемте, я проведу вас. По дороге и приступим к азам.

Эх, а ночью обращался ко мне на «ты». Сердце кольнуло сожалением…

Приступать к азам серебряный не спешил.