Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить...

Пока пыхтела, всеми силами пытаясь показать, что никакого дара у меня нет, Наареш любезничал с ми Сарелией. Будто нарочно делал вид, что не замечает меня. Но порой, когда думал, что я на него не смотрю, бросал в мою сторону странные задумчивые взгляды.

Да что же он там вычитал? Менталист хренов. Нет у меня никаких способностей, нет! Ой, а вдруг и это тоже вычитал…

По его глазам невозможно было понять, о чем он думает. Да и по лицу тоже.

А вот у Сарелии на лбу огромными буквами горело: «о боже, какая прелессссть!» Кажется, только присутствие свидетелей из числа коллег и одной нерадивой адептки, не давало ей накинуться на бедного мужчину прямо в зале приемной комиссии.

Наверно, мысленно она уже раздевала его, медленно, вдумчиво и со вкусом, как разворачивают самую большую конфету из новогоднего подарка.

Нет, я все понимаю, но у них разница лет в двадцать, не меньше! Она, конечно, неплохо законсервировалась, выглядит идеально, но видно, что давно уже не девочка. А он еще совсем молод, я его ночью со студентом перепутала! А она туда же, конфеткой решила полакомиться…

Представила себе эту сцену и с трудом сдержала смешок.

Потому что как раз в этот момент пыталась воспламенить свечу по приказу ректора. Точнее, усердно делала вид, что пытаюсь, на самом деле искренне надеясь ничего не воспламенять. Одна хорошо законсервированная профессорша и так уже вся воспламенилась. Может, она знает о нем нечто особенное?

Наареш будто что-то почувствовал. Выпрямился.

Уставился на меня нечитаемым взглядом. Узкие зрачки мгновенно расширились, затопили зеленую радужку, сделав глаза похожими на ночные озера.

Черт, черт! Он же менталист! Неужели увидел картинку, как консерва раздевает конфету? С такими-то плечами, я и сама, пожалуй… Черт! Нет, нет, профессор, я ничего не имею…

Нервно взмахнув хрустальной палкой, я каким-то образом все же воспламенила дурацкую свечу. Двое других магистров переглянулись. Подняла взгляд на Наареша, отчаянно стараясь не смущаться.

Мои мысли — мое личное пространство! Лезут тут всякие.

Его глаза уже сделались нормальными, только странные зрачки завораживали. Все-таки, наверное, не совсем человек…

А вот взгляд Сарелии сверлил во мне дыру и заколачивал в нее гвозди. Боже, тут что же, каждый мысли читает? Действительно, недолго пси-хом стать. Без дефиса.

— Вы очень старались, адептка, — произнес ректор с бесстрастным лицом, не уточняя, какие из моих стараний оценил.