Академия пси-хов: внушить, влюбить, убить...

— К… каким тренировкам? — голос определенно отказывался меня слушаться.

— По контролю ментальных способностей, разумеется, — с некоторым раздражением отозвался Хелтар.

Черт! А Белка как же? Мои вещи? Саи будет ждать…

— Но… я ничего не брала с собой…

— Ваши вещи скоро доставят.

Он резко качнул головой, словно приглашая — точнее, приказывая! — идти вперед. Мне другого не оставалось, как последовать по дорожке.

Ничего, дождусь ночи…

И что? Сбегу на ту сторону?

К Наарешу! В надежде, что он сможет меня защитить…

Хмурый внутренний голос нашептывал, что если мог бы — уже защитил бы.

— Куда мне идти? — спросила у декана: указательных столбов здесь не наблюдалось.

На всякий случай укрепила щиты с блоками, припомнила песенки понеприличнее.

Хелтар даже не поморщился.

— Боевики сами находят себе жилье, адептка.

— Но я не боевик… и тем более не воин.

— Будешь, — отозвался он убежденно. Развернулся, взмахнув плащом, и двинулся к одному из дальних зданий.

Оглядевшись, я направилась к ближайшему одноэтажному бараку. Это я не поужинаю, и в обсерваторию не попаду… Это ж надо было так вляпаться! И, главное, когда?!

Ох, знала бы, ни минуты не тратила бы на учебу, только на сбор информации или подготовку к побегу! И зачем Наареша слушалась: «Не отсвечивай, и тебя вернут домой»… Ага, десять раз! Надо было разузнать еще больше! Тальяту порасспросить…

— Новенькая?

Вздрогнув, я оглянулась.

На меня смотрел парень лет двадцати, может, чуть больше. Изношенные, подкатанные брюки, синяя рубаха из грубой ткани. Темные волосы, среди которых воображение так и дорисовывало рожки. Ореховые глаза.

В отличие Тальяты с Кивой он не был светлым, и все же я моментально его узнала. Похожие черты лица, сходный прищур, словно постоянно начеку.

— Бинемар?

Его глаза сразу же сделались настороженными:

— Откуда знаешь?

— Жила в комнате с Саи, ходила на отработку с Тальятой…

— Как они там? — жадно подался он вперед.

— Мне надо найти комнату. Или койку, что тут у вас? — я скептически окинула взглядом приземистый домишко, всеми фибрами души сопротивляясь необходимости провести здесь хотя бы одну ночь.

— А что тебя так… без вещей?

— Судьба у меня такая, — хмыкнула я.