Академия моей любви

 – Мы, оборотни, всегда говорим то, что думаем. Нам, в отличие от людей, скрывать нечего.

Я помнила его мысли. Помнила мысли других оборотней, которые иногда улавливала, и слова о правдивости… да, всё верно. Зато про секреты он лукавил.

– Вам есть что скрывать. Например, про ауры.

Молодой альфа фыркнул.

Да, я была права, но нейтрального отношения к ментальной магии это не отменяло.

Тот факт, что подобный маг может подслушать какие-то стратегические планы, оборотня тоже не смущал.

Но может как раз потому, что секреты наши были похожи? Альфы давили своими особенными аурами, а ментальные маги делали аналогичные вещи, только при помощи других инструментов?

– Мы таким как вы, в любом случае, не враги, – закончил Кирейн.

А потом подумал и добавил:

– В том же, что касается тебя, после того, как ты заступилась за меня перед скользким Оуэном, я склонен считать тебя скорее другом, Рина.

Новая пауза, и кое-что неприятное:

– При этом я всё-таки хочу знать, откуда у тебя такая информация.

У-у-у…

Я тихонько взвыла, а сама расплылась в улыбке.

Волк не лгал, я это видела, и теперь мне стало… как-то легко. Я словно сбросила с плеч половину тяжёлого груза, разделив свою тайну с оборотнем.

– Давай обсудим мою осведомлённость и проблемы Кори чуть позже?

В глубине души я была уверена, что волк упрётся, но он неожиданно согласился. Правда, в обмен на это красноречиво подставил локоть, а на вопросительный взгляд заявил:

– Социальная справедливость.

– Какая ещё справедливость? – поразилась я. – При чём тут это?

– При том, что с полосатым ты гуляла. Значит и со мной обязана погулять.

Пфф… Учитывая как именно мы с Оуэном «гуляли», я могла бы поспорить, но подумала и не стала. Умершее было настроение стремительно воскресало. Уголки губ дрожали, неумолимо стремясь вверх.

Я действительно положила ладонь на локоть оборотня и позволила увлечь себя дальше по тропинке.

Шутки, прибаутки, весёлые истории из жизни этого симпатичного парня. Я улыбалась, смеялась и немного смущалась его близости. При этом радовалась тому, что ничего лишнего оборотень себе не позволял.

Вроде и диковатый, а держался гораздо культурнее воспитанного, наделённого титулом зельевара.