Академия пламени. Невеста (СИ)

— Ты ведь выходила в свет? — Я кивнула. — Не слишком-то много хороших и чистых драконов среди благородных. Да и вообще.

— Не веришь ты в человечество! — фыркнула я.

— Как-то так. — Мужчина развел руками и улыбнулся, на этот раз весело, по настоящему. И, как это ни банально звучит, стал казаться намного моложе, чем есть на самом деле. И симпатичнее, светлее, что ли.

— Знаешь, — тяжело вздохнула, — я понимаю и принимаю теперь наш брак. Но на мой вопрос ты так и не ответил. Каково нам будет все время знать, что чувства между нами ненастоящие?

— Ларин, — Деонт нахмурился, — по-моему, ты слишком много на этом зацикливаешься.

А вот на этот вопрос хорошего ответа у меня не было. Ритуал навязал? Ну так еще ничего не произошло, а Аран уже гладит меня по голове или по щеке с такой нежностью, что самой хочется плакать. Просто, наверное, он не готов сам себе признаться, что я для него не просто выгодная партия.

Или это все фальшивка? Игра для глупой, мечтательной девушки, которая вообразила себе невесть что?

Жених в одном прав: я не такая циничная, не расчетливая, я хочу любви и нежности. Но имеет ли, правда, значение, каким образом я ее получу? Я после ритуала все равно буду центром его вселенной, так чего мне не хватает?

А может, это мне самой страшно потерять себя? Страшно, что это будут не мои чувства. Хотя, если быть с собой до конца честной, стоит признать, что за последнее время я прониклась к Деонту симпатией.

К тому же он всегда выглядит так мужественно.

— Ларин! Эй, Ларин! — Из воспоминаний меня выдернула Кирис.

Подняла на нее осоловелый взгляд.

— Я понимаю, что тебе сейчас не до чего, Но не могла бы ты нам помочь?

Я непонимающе посмотрела на соседку, потом перевела взгляд на Ронига, стоящего с девушкой плечом к плечу.

Это что за новости? Мне кажется или будущая староста спелась со старостой настоящим?

Глава 26

Сейчас о перипетиях страстей в нашей группе совершенно не хотелось думать, хотя меня и пытались в это втянуть. Кирис и Рониг действительно объединили усилия и теперь выступали против оппонентов единым фронтом — как будущая староста и ее заместитель и первый помощник.