Академия магии. Том 2

Но то, что графиня получала инструкции от представителей своего рода, для меня не было удивительным.

— Вы не думали, что я мог устроить там драку?

— Разумеется, я так не думала. Вы слишком расчётливый для этого. Хоть Вы и побили Щеглова, но против Меньшиковой у Вас нет шансов.

— Думаю Вы меня недооцениваете.

— Она жалела Волконскую. Будь та чуточку понапористее, то Светлана бы проиграла. Вас же она ненавидит. И будет бить самыми сильными заклинаниями.

Я не стал переубеждать Долгорукову. И подставив ей локоть, предложил вернуться обратно на бал.

— И что будет дальше? — спросила она, когда мы подошли к двери, из которой слышалась медленная мелодия.

— У меня осталось ещё пара неоконченных дел, после этого мы уедем с бала.

— А как же Ваша благоверная? — с усмешкой спросила Долгорукова.

— Думаю, мы покинем бал прежде, чем она вернётся.

Графиня кивнула, после чего мы вошли в бальный зал.

И стоило мне только войти, со мной чуть не столкнулся Матвеев. Он, не глядя на моё лицо, извинился и постарался пройти дальше.

— Что, Матвеев, проблемы?

Услышав свою фамилию, он оглянулся.

— Де Тьер? — с удивлением произнёс он. — Простите, я…

— Может выйдем поговорим? — спросил я.

— Честно признаться, я был бы только рад, — ответил он.

Я не торопился начинать разговор, хоть и сам предложил Матвееву выйти.

— Де Тьер, скажите, почему Вы не предложили стать слугой Вашего рода?

Я наклонил голову на бок, придавая своему лицу задумчивый вид.

— А ты сам не понимаешь?

— Нет, — ответил он.

— Ты ведь даже не понимаешь, что значит слуга? — он хотел возразить, но я поднял ладонь перед его лицом.

 — Не спорь. Я уже узнал, тебе предлагали это многие благородные и ты вообразил, что ты какой-то особенный. Однако это не так. — И видя, как его лицо скривилось, я продолжил. — Тебе выпал шанс приобщиться к чему-то большему. Ты мог получить знания, развиваться в магии и, возможно, в будущем ты смог бы стать дворянином! Так скажи мне, в чём твоя проблема? — задал я вопрос, повысив голос почти до крика. Мне нужно было раскачать его на эмоции.

Матвеев опустил взгляд, сказал.

— После дуэли ко мне больше никто не подходил. Наверно, они посчитали, что у меня нет чести раз отказался сражаться.

— А ты сам подходил к кому-нибудь, кто ранее предлагал стать слугой?

Он отрицательно покачал головой.

— Тссс, — чуть не сматерился я. — Ты знаешь почему я к тебе снова подошёл?

— Предложить стать слугой?

— Хм, — произнёс я. — Не стану отрицать, твой случай мне интересен.