Академия магии. Притяжение воды и пламени. Часть 2

— Тогда мог бы вообще молчать до последнего, — проворчала я и направилась прочь. Я уже привыкла игнорировать некоторые слова и поступки мага земли. Так общение с ним выходило легче.

Уже вечером, собрав вещи, я остановилась около узкого окна в своей комнате, расположившейся под самой крышей.

Самым прекрасным в жизни в лесу был аромат. Каждый раз разный в зависимости от того, с какой стороны подует ветер: то душистый запах цветов, то горькой смолы с примесью каких-нибудь трав.

Пение птиц заменяло шум города, а время будто останавливалось.

Это долгий срок, за который могло многое измениться. Очень многое… Поэтому я не знала, к чему готовиться. И вообще предпочитала об этом не думать — слишком неоднозначные эмоции испытывала. За прошедшее время я успела кое-что решить для себя, плюс договор с Розенталем о моем найме теперь можно было расторгнуть.

Я поставила кружку на деревянный, рассохшийся подоконник с несколькими длинными трещинами и открыла окно. Стоило это сделать, и до меня донеслись негромкие голоса: Альбер и Тара. Они находились возле самого дома, парень стоял, а девушка сидела на приземистом пне, торчавшем сбоку от крыльца.

— Лея, как всегда, неисправима, — негодовала стихийница, и поднявшийся ветер метал ее темные волосы. — Если честно, когда она четыре года назад рассказала о своей идее, я даже не предполагала, что это так далеко зайдет.

Альбер промолчал, и Тара продолжила:

— Знаешь, я всегда думала, что правила внутри королевских родов — пережитки прошлого.

— Да. Но эти пережитки не дают им исчезнуть, и поскольку в пару стараются брать самых сильных магов, стабильно появляются новые с высоким уровнем дара.

— Но это ведь не всегда помогает.

— Ты про отца Розенталя? — ровным тоном уточнил Димитар.

— Ну, не конкретно о нем, но пример тоже хороший.

— Ты же бывала у них дома?

— Только с вами.

Парень кивнул.

— Мой старик рассказал мне кое-что занимательное. Ты ведь знаешь, что почти вся прислуга у них из попаданцев?

— Я поняла это по рассказам Алекса.

— Так вот, в юные годы в академии среди своих Лероя Розенталя нередко сравнивали с ними из-за его четвертого уровня.

— Всего лишь четвертый? — немало удивилась девушка. — Я думала, как минимум третий.

— Нет, четвертый, — ухмыльнулся Альбер.