Академия Дальстад. Роза для ректора

— У тебя красивый муж…

— Ты — чудовище!

— Властный…

— Мерзавец!

— Богатый…

— Да подавись ты своими деньгами!

— Защитник…

— Я лучше съем арахниду, чем попрошу у тебя защиты!

Хайден неуловимым движением снял со стены мелкое восьмилапое членистоногое и с каменным лицом поднёс к моему лицу. Я с визгом отпрянула назад, покрывая своего мужа всеми ругательствами, которые только знала, а затем бросилась бежать по коридорам, не разбирая дороги. Ректор Леон молча последовал за мной, больше не говоря ни единого слова.

Ярость на моего теперь уже точно бывшего жениха обострила и другие чувства: каким-то образом я выбрала верное направление и вышла в коридор, что вёл мимо хозяйственных подсобок в сторону библиотеки и актового зала.

Адептам, которые заполнили коридоры между занятиями, открылась поистине удивительная картина: с криком “Ненавижу!” я мчалась, словно фурия, бесцеремонно расталкивая тех несчастных, кто не успел уйти с моего пути. Позади меня слышались шаги ректора, то приближаясь, то отдаляясь на безопасное расстояние.

— Господин ректор, а где все?

— Ректор Леон, у нас преподавателей куда-то увели!

То тут, то там слышались робкие голоса учащихся, но Хайден молча следовал за мной, не выпуская из вида. Желая оторваться от преследования новоиспечённого мужа, я выбежала в главный холл, проехалась на ногах по мраморным плитам и устремилась на улицу.

Декан факультета боевых заклинаний Аллен Альсар парил в воздухе и, активно жестикулируя, раздавал указания копавшимся в земле преподавателям, среди которых я увидела Беллу, Альберта Этторе, артефактора Эдвина и прочих, кто загнал меня в подземелья."

"Вздрагивая от каждого окрика Альсара, они сажали розовые кусты в полном молчании. Даже вечно стонущая и жалующаяся бытовичка активно работала тяпкой, старательно пыхтя, но не издавая ни единого звука.

— А вот и Розалин! — Альсар заметил меня, приветливо помахал рукой и рявкнул на садоводов-любителей:

— Всем отвлечься и принести извинения!

— Госпожа Розалин Флёр, мы искренне просим у вас прощения! — нестройный хор голосов преподавателей огласил территорию академии. Я хмыкнула, но промолчала: уж чего-чего, а искренности там не было и в помине.