Академия Дальстад. Роза для ректора

Вроде бы не переборщил, но кто знает, я не лекарь.

Я послушно взяла кружку и осушила содержимое большими глотками. По телу разлилась приятная, согревающая волна, и я почувствовала невероятное облегчение.

Вот честно, словно гора с плеч свалилась! Может всё не так уж и страшно? Кристиан исцелит Хайдена, мы с ним поговорим начистоту, ничего не скрывая друг от друга. Может, Аллен прав, и Леон на самом деле любит меня? От этой мысли сладко заныло внутри и я улыбнулась.

“Держи себя в руках, Розалин, и не веди себя как влюблённая дура.

— Улыбаешься, — странно посмотрел на меня декан боевого факультета. — Похоже, с успокоительным я всё же переборщил. Роза, ты в порядке?

С большим трудом я вынырнула из мира сладких грёз, где Хайден стоял передо мной на коленях, просил прощения со слезами на глазах и клялся мне в любви до гроба. Реальность оказалась более сурова: я сижу в кабинете человека, который чуть не принёс меня в жертву, сам он находится под стражей, где-то под нами притаился уснувший демон, а мой муж серьёзно ранен.

— Аллен, — попросила я друга, — я ведь так и не узнала, как вы нашли меня. Расскажешь?

— Давай так, — предложил Альсар. — Я сейчас выйду на пару минут, узнаю, как продвигаются дела у Кристиана, а затем всё-всё тебе расскажу. Договорились?

— Договорились!

Я проводила взглядом декана и закрыла глаза, пытаясь привести мысли в порядок."

"“После того, как де Ареон закончит с Хайденом, я останусь в его палате до тех пор, пока он не очнётся.

Мои размышления прервал Аллен, объявившийся в кабинете с весьма довольным видом.

— Как он? — спросила я, в нетерпении ёрзая на кресле, и готовая бежать в любой момент в палату, где лежал мой муж.

— Кристиан почти закончил, — успокоил меня боевой маг.

— Как такое вообще могло случиться? Чем сильнее маг, тем тщательнее он следит за резервом! — я умоляюще посмотрела на Альсара. — Прошу, не тяни, расскажи мне обо всём!

— Хайден хотел помириться с тобой и извиниться за сказанные им в запале слова. Он прибежал в библиотеку, но в ней никого не было.