Академия чаросвет. Отражение

— Как вышло, что он выбрал эту серую мышь?

— Себастиана невозможно зачаровать, — терпеливо напомнил Артирес, перекатывая в ладони бокал с игристым вином. — Наш сын — высший чар, если ты вдруг забыла. Его свет развеет колдовство. Что до внешности, Мэди очень хорошенькая. Не видишь, как Бас на нее смотрит?

Сын улыбнулся невесте, и она вся словно засветилась в ответ. Их любовь была видна невооруженным глазом: в их касаниях, взглядах, даже в том, как они стояли рядом, словно едва сдерживаясь, чтобы не кинуться в объятья друг другу.

— Это всего лишь страсть, — отмахнулась Лорейн. — Себастиан молод, и ничего странного, что он заинтересовался: захотелось экзотики, а она вроде черной вороны среди лебедей.

— Лорейн, прекрати, — потребовал Артирес Альваро, теряя терпение. — Чего ты хочешь? Чтобы мы отменили прием? Выступили против собственного сына?

— Это все ты ему потакаешь, Арти, — брюзгливо заметила она. — Пошел на поводу у его капризов.

Он выдохнул и пожал руку очередному гостю.

— Честно говоря, я почти смирилась, — жалобно произнесла Лорейн, когда тот отошел. — Думала, ладно, пусть ни кола, ни двора, зато девочка будет тихой и послушной — лепи что хочешь. Так она смеет зубы показывать! Мы приняли ее в семью, вытащили из грязи, а в ответ — никакой благодарности! Она спорила со мной по поводу платья и кольца, представляешь? Хотя могла бы сообразить, что я в этом понимаю куда больше!

— Вот как? — ухмыльнулся Артирес.

— А тебя это, видимо, забавляет, — оскорбилась Лорейн.

— Это не она там идет? — уточнил Артирес, указав на дорожку из сада. — Немного странно — вырядиться в черный на помолвку.

— Это проявление вежливости, — неуверенно ответила Лорейн. — Она надела цвета нашего дома.

— Либо же это демонстративный жест, — сказал Артирес.

— Пожалуй, шляпка с вуалью и правда лишняя…

— Надеюсь, от нее не будет проблем?

— Я пойду поздороваюсь, — кивнула она. — Как бы там ни было, сорвать помолвку я не позволю.

Поставив пустой бокал на поднос служанки, Лорейн направилась к гостье, а Артирес нахмурился, пытаясь понять, откуда взялось дурное предчувствие. Он ждал провокаций со стороны Тибальда, но Серебряный Лев пил с Монтегой и смеялся, тряся седой гривой.