Академия \

Меж тем Дама Игрейна, заметая плащом листву, добежала до маленькой башенки, врытой в землю как-то криво, неровно. Дама Игрейна даже не обернулась — просто скользнула внутрь, и ее каблучки застучали по винтовой лестнице, уводя женщину под землю.

— Пошли, — скомандовал Демьен и без промедления последовал за Игрейной.

Идти им пришлось недалеко; неизвестный, так же, как Игрейна, прячущий лицо под капюшоном ожидал ее на выходе из башни в большой зал.

Звонко капала вода, долбя камень, прилежно трудились кроты и крысы, подрывая, подтачивая все, что им взбредало в голову разрушить, и потому осторожных шагов студентов злоумышленники не слышали.

— Я принесла нож, — голос Игрейны звучал глухо, невнятно, но сомнений не было — то была именно Дама Игрейна.

— Это ничего, — вкрадчиво ответил ее собеседник. В темноте не было видно даже его силуэта, человек, замысливший недоброе, сливался с чернотой, и лишь кисти его рук, осторожно принимающие у Дамы Игрейны оружие, чуть виднелись светлыми пятнами. — Когти достать намного легче, чем кость боевого единорога. Ничего; мы потерпели неудачу, но все же девчонка здесь; она не сбежала — и ее дар все еще при ней.

— Чем я могу еще служить, господин, — произнесла Игрейна практически безразлично, и Демьен весь подался вперед, обратившись в слух.

— Пока ничем. Наблюдай за девчонкой. Если Аргент вздумает ее обратить раньше всех, тайно — дашь знать.

В темноте ослепительно блеснули синие длинные призрачные когти, острые, как лезвия ножей, и синеватые, как лезвие ножа, разбившегося в ритуале. Это было так внезапно, так пугающе и зловеще, что вся троица, не сговариваясь, как по команде прижалась к стене и затаила дыхание, боясь выдать себя даже малейшим шорохом.

Уна почувствовала, как наливается болью, пульсирует то место, которого коснулся вчера призрачный клинок.