Академия \

 — Скорее, давай!

Дерек и Уна, склонившись над небольшой кучкой обсидиана и алмазов, спешно произносили заклятье подчинения. Пантера Аргента, черная как ночь, была приманена и неслась на зов, словно ее гнали злые духи.

Демьен поднял голову и прислушался; до его слуха донесся какой-то шум, словно погоня уже настигла беглецов, но королевские гвардейцы вряд ли спускались бы по лестнице так зловеще и таясь, словно желая обтяпать свои делишки втайне ото всех.

Демьен указал Дереку на место, откуда надлежало выкатить Небесную Иглу, а сам обернулся к лестнице, откуда доносились странные и страшные звуки.

— Откуда узнала? — как бы между прочим спросил Демьен.

— Зеркало указало, — ответила Уна.

— Значит, оно не врет, — медленно проговорил Демьен, хмурясь. — Плохо!

Меж тем звуки становились все отчетливее, все страшнее, все омерзительнее — как будто кто-то чавкал зубастой пастью, пережевывая сочную кровоточащую плоть, — но не было видно никого.

Уна, отступая к Дереку, возящемуся с повозкой, наставляла на пустоту блестящий клинок, но кого разить? Никого видно не было. От страха припомнилось зеркальце, и девушка поспешно выудила его из кармана за длинный шнурок, наставила на ступени и заглянула в отражение.

От увиденного она закричала в ужасе, отшатнулась и, споткнувшись, упала на пол, пребольно ударившись о камни. Со ступеней медленно сползали черные дымные тени, облизывая алыми языками острые блестящие зубы.

Одна из черных рук потянулась к атласной белой туфельке и Уна в полной панике рубанула по дымному телу своей золотой саблей. Чудовище взвыло, рука из призрачной стала вполне осязаемой и видимой — только теперь это была костяная лапа с иссохшими на ней мышцами и скрюченными пальцами.

— Некромажья сила! — взревел Демьен, отпрыгнув, потому что костлявая уродливая лапа свалилась ему прямо под ноги. — Святая кочерга, помоги!"

"Вперед бросился Дерек, пронзая пустоту своим волшебным клинком, и на пол с костяным стуком, материализовавшись, упал скелет, кое-как обтянутый лоскутами истлевшей плоти.

— Да она ведьма! — ругался Демьен, отступая и кое-как разжигая в своих ладонях магический огонь.