Агония Хана

Асмодей смотрел, как цепи сбросили на каменный пол, равнодушно проводил взглядом первую жертву, которой безжалостно вспороли яремную вену и положили прямо в гроб, сверху на тело. Вначале не было слышно ни одного звука, кроме пульсации вытекающей крови и судорожных хрипов умирающей жертвы. Внезапно костлявые руки сжали несчастного, послышалось характерное чавканье, и Асмодей засмеялся. Оглушительный хохот спугнул летучих мышей, которые черной тучей пролетели над его головой. Осушенный досуха смертный был безжалостно откинут в сторону.

А спустя секунду, женщина села в гробу и посмотрела на Асмодея. Ее лицо все еще было землистого цвета, вены выступили на коже, обнажающей кости черепа на скулах и на голове.

- Еще, - едва шевеля губами, попросила она, и, как только новая жертва оказалась в ее смертельных объятиях, восставшая из гроба сама впилась ей в горло, разрывая плоть голодными клыками."

"Асмодей любил наблюдать, как они возвращаются к жизни.

Злые, голодные и полные энергии, готовые служить своему повелителю. Вторая жертва замертво рухнула на пол, и теперь возрожденная княгиня больше не напоминала скелет, обтянутый кожей. К ней вернулась вся ее былая ослепительная красота. Длинные русые волосы падали на полуобнаженную грудь, темно-карие глаза влажно блестели, а окровавленный рот дрогнул в улыбке.

- Асмодеус… мой Повелитель нашел меня.

Она упала на колени и обняла ноги демона. Костлявая рука Асмодея погладила роскошные локоны.

- Конечно, нашел и вернул обратно. Ты нужна мне, Ирина. Закончи трапезу, и мы покинем это место.

Женщина молниеносно встала с колен, она плотоядно осмотрела последнюю жертву. Любовно гладила приговоренного по лицу, потом сорвала с его глаз повязку.

- Не бойся, мой сладкий, я подарю тебе наслаждение, - проворковала она, и мужчина уже не мог оторвать взгляда от ее глаз, которые овладели его сознанием. Через несколько минут несчастный упал перед ней ниц и сам подставил шею для укуса.

В этот раз она пила медленно, наслаждаясь каждой каплей, а когда жертва испустила последний вздох, она поймала это дыхание губами. Подняла взгляд на Асмодея, ожидая его приказаний.

- Думаю, ты помнишь, кому обязана столь долгим мучительным сном, моя красавица? – вкрадчиво спросил Асмодей. Глаза Ирины сверкнули зеленым фосфором.

- Помню… я создала его, я породила проклятого предателя.