Агония Хана

Компьютер выключился внезапно, словно отрубили электричество, а я так и сидела в кресле, все конечности онемели, заледенели, у меня, похоже, пропал голос. Я была в шоке. Сзади послышались шаги, и я знала, что Александр доволен произведенным эффектом.

- Теперь Вы верите?

Я не ответила, я не могла сказать ни слова. Мне было плохо. У меня кружилась голова.

- Я такая же, как и они? – спросила тихо, едва узнавая свой голос.

- Нет, Вы не такая. Пока не такая. Именно поэтому я доверился Вам.

Я резко повернулась:

- Что Вам нужно? Зачем Вы все это мне показали? Вы ведь не могли знать, наверняка, как я отреагирую.

- Не Ваша. Вы - приемная дочь.

- Что Вам нужно от меня?

Александр протянул мне стакан с водой.

- Выпейте, Вам полегчает.

Я выбила стакан из его рук.

- К черту. Ответьте, чего Вы хотите. Зачем Вы все это показали мне? Почему доверились?

Александр поднял стакан с ковра и поставил на стол.

- Нам нужна Ваша помощь, Марианна. Только Вы можете помочь нам.

- Господи, кто бы помог мне… Вы погрузили меня в ужас… Вы понимаете, что моя жизнь теперь похожа на безумие? Я… я с ума схожу.

- Еще не время знать все. Достаточно той информации, что Вы получили. У Вас будет возможность подумать и решить, хотите ли Вы знать дальше или примите свою новую сущность. Мы храним баланс между миром людей и миром тьмы.

- Но почему Вы думаете, что я стану Вам помогать?

- Потому что Вы не такая. У Вас светлая душа. Вы не стали частью тьмы, несмотря на то, что она Вас окружает. Никто, кроме Вас, не может помочь нам. Особенно сейчас, когда погибла ваша мать…, - голос Александра дрогнул, и я уловила это, если я вообще уже могла удивляться, - Когда власть досталась самому жуткому вампиру всего братства, который погубит и вас, и нас.

- Мой отец… он не такой. Я не верю, я…

Дыхание застряло в горле, и я не могла сделать вдох.

- Не ваш отец. Николас Мокану получил полную власть, сейчас он король братства, и он разрушит баланс, он приведет вас всех к смерти. Вашего отца, сестру, всех кого Вы любите.

Я закрыла лицо руками, моя голова раскалывалась от невыносимой боли, горло драло, в груди зарождался вопль ужаса.