Афганский рубеж 2

Перед кабинетом командира полка Кеша притормозил. Я посмотрел на него и заметил, насколько он нервничал. Лоб взмок, а сам он быстро дышал.

— Ты чего? — спросил я.

— Сань, тут… иди сам. Я сейчас накосячу опять."

"— Сдурел? Быстро пошли. Панику отставить, — подтолкнул я его к двери, но Кеша застопорился опять.

— Командир, там же замкомандующего, Баев, командир бригады разведчиков и, что хуже всего, Енотаев!

— Да хоть сам Иосиф Виссарионович! Если сейчас мы не убедим командование действовать, наших товарищей из спецназа закатают на той самой высоте, где мы их оставили.

Кеша отрицательно покачал головой, а я одобрительно похлопал его по плечу.

— Командир, а если у нас…

— Стоп! Вот то, что ты хотел сказать, быстро забудь. Понял?

— Так точно.

Постучавшись в дверь, нам разрешили войти. В кабинете шёл разговор на повышенных тонах. Заместителя командующего здесь не было. Зато шла активная перепалка между Баевым и Енотаевым.

Свидетелем этих дебатов был командир 727го полка и полковник Кувалдин.

— Уже идут к вам! Сколько? Этого мало! Держаться, — бросил он трубку одного из телефонов. — Товарищ командующий, направление их движения известно, но они идут тремя группами. Пространство для манёвра у духов есть. Нет, мы не знаем пока, где будет переход границы. Есть!

Кувалдин склонился над картой и подозвал к себе командира вертолётного полка в Джелалабаде.

— Как был дерьмом, так и остался! — громко сказал Ефим Петрович начбезу.

— Ты мне поговори ещё! Скажи спасибо, что я всё сделал так, чтобы на вас не упала тень развязывания международного конфликта из-за незаконного пересечения границы. Командующий ВВС армии рвал и метал, когда ему из МИДа начали звонить.

— Они бы так быстро лучше переговоры вели с иранцами и пакистанцами.

— Это международный скандал, Ефим Петрович! Не нашего уровня дела.

— Конечно! Только когда наверху ни черта не делают, мы с тобой всю эту кровавую кашу и начинаем расхлёбывать. И пацаны наши тоже…

Баев промолчал. Под каждым словом комэска готов подписаться. К сожалению, когда люди в пиджаках не договариваются, начинаем работать мы — военные.

— Никто не пересекал «ленточку», Кузьма Иванович.