Адвокат вольного города

— Правильно будет Антип, барин, — устало возразил извозчик, даже не оборачиваясь, что не помешало ему тронутся и развернуть повозку.

— Я не поеду к твоей шлюхе, Аркадий! Мне это безразлично. Ты мне просто противен! Ты и эта другая дура, которой ты ловко вскружил голову. Как её зовут? Не говори, мне наплевать!

— Джеки Чан, — ответил я, сохраняя веселое настроение и, в то же время, подыгрывая прекрасной разгневанной Пенелопе.

— Дурацкое какое-то имя. Я не хочу никуда ехать. Выскажу всё ей в глаза. Попрошу матушку, чтобы тебя как следует избили.

Нет, ты совершенно не достоин моего внимания, только жестокое холодное игнорирование… чтобы ты понимал… вот, только холод и молчание, чтобы и через сорок лет вспоминал с болью моё имя. Подлец-то какой, а? Отныне ты не услышишь от меня не единого слова, я само молчание, сама холодность, чопорность, скала, лёд. Всё, тишина, безмолвие, ты никогда не услышишь ни звука… Нет, ну каков подлец! Переспал с Джеки Чаном за моей спиной. Урод, извращенец, похотливый козёл, неразборчивая скотина. Ты мне безразличен, не хочу тебя больше знать. Животное!

Карета остановилась, я выскочил и подал её руку. Она гневно оттолкнула её, но я всё равно придержал её за тонкую гибкую талию.

— Не прикасайся ко мне, ты мне омерзителен!

При открывании двери затрепетали мелодично сухие бамбуковые дверные колокольчики, оповещая о нашем приходе. В лавке, куда я практически затащил упирающуюся девушку, царил полумрак и тишина.

— Нин Хао, — поприветствовал я кузнеца, тот радостно улыбнулся и ответил так же, исчезнув в недрах.

Игорь уже объяснил мне что в мандаринском есть куча вариантов приветствия и этот — простой и уважительный.

Пенелопа демонстративно презрительно фыркнула и огляделась. На стенах висели кованые петли, связки гвоздей, подковы, косы, замки, инструменты и множество изделий, назначения которых я (судя по выражению лица, она тоже) не понимал.

— Господин Аркад-Ий, Ваш заказ.

— Ваша полная оплата, мастер, — я передал ему заранее подготовленную сумму, которую он без колебаний принял.

Наши спокойные уверенные действия только раздражали и обескураживали девушку, резко переводившей взгляд на него и обратно, на меня.

— Что здесь происходит? — гневно бросила она.

— Моя просить прощения. Ваша желает проверить? — Кузнец подал ей тряпку и вынул нож из ножен, предложив разрезать, что она растерянно осуществила. Вполне ожидаемо, нож был бритвенно-острым.

— Мы пойдём, — пора кончать этот балаган, забрал заказ и вывел девушку на улицу.